Простой сборник

В неделю он бы получал по пятьдесят тысяч золотых. При должном поведении два миллиона соберется не дольше, чем через восемь месяцев (при учете коммунальных выплат и кондитерских увлечений). Боян хотел отправиться в путешествие как можно скорее и думал привлечь к работе Раду. «Она могла бы печь торты на дому» – думал он. «Обрадую ее этой новостью!» – думал.

Рада лежала на мягкой постели и смотрела в голубой потолок. Иногда ее беспокоила отрыжка от холодного безвкусного омлета со смородиной. «Мог бы и догадаться, когда я проснусь.

Сготовил бы омлет попозже, и отрыжки бы не было!» – корила она Бояна. Но когда он вошел в комнату и улыбнулся ей, она перестала быть недовольной. И заснула.

Боян будил ее всю следующую ночь, но не мог добудиться. Тогда он решил разбудить ее во сне. Лег рядом и пытался заснуть. Но навязчивые мысли о Косоглазии, о зеленой стране с мраморными равнинами, не давали ему покоя. Застревали в густой жиже в голове и не могли раствориться.

Заснул, все же, он под утро, но во сне Раду так и не повстречал.

Да и сам сон был каким-то некрасивым. Про гепатит.

Глава 4

После месяца работы на молочном заводе Боян не узнавал себя в зеркале.

На месте его больших щек теперь зияли темные углубления с черной щетиной. Многочисленные ожоги от ядовитых паров молока покрывали все тело, и Боян замазывал их слюной Рады. Она слишком много спала, и Боян отчаялся ее будить. Ему приносила облегчение мысль о том, что когда жена проснется, то будет в восторге от скорого отбытия в Косоглазию.

Он радовался, кроме всего, тому, что устроился работать в карамельный притон по ночам, охранником. Там платили больше двухсот тысяч за смену, и теперь в семейной казне было свыше четырех миллионов золотых. По выходным он сидел у кровати и ждал, когда Рада проснется. Но он боялся. Отчаянно боялся того, что этого не произойдет.

В один из участившихся дождливых вечеров Боян прочитал из книги снов, что войти в сон постороннего человека можно, только если человек желающий соединиться с желаемым своим молекулярным строением.

Бросив книгу в потолок, Боян отстриг себе прядь волос и сунул в раскрытое ухо Рады. Затем он принял полбутылки козявочного рома и, обняв жену, заснул.

Он очутился в сухой траве где-то в жарких прериях. Не успев рассмотреть масштабные пейзажи, он наткнулся на морду антилопы, и та его пожрала. Боян очнулся в ее желудке. Посреди мягкого мясного пространства находился темный пруд, над ним летали стрекозы, покрытые кровью. Пахло гадко.