Нелюбовь

Но что мешает мне узнать ее лучше? Я хочу быть в курсе всего: какую музыку она слушает, какие книги читает, какое мороженое любит. Ах, да, шоколадное. И я снова прокручиваю тот момент, когда эта девочка улыбнулась мне в парке. Это не могло быть просто так, это точно должно что-то значить.

– Может, на море? – Предлагает Тая.

– Туда сейчас пойдут все. – Корчит рожу Дрыга. – Девятиклашки напьются дешевых коктейлей и будут орать песни на весь пляж. Может, в кино?

– А ты не планируешь напиться? – Подкалывает его Аленка.

– Это ты мне говоришь? – Смеется он. – Я думал, ты после прощального вечера в завязке, Краснова!

– Подумаешь, немного перебрала. – Она смущенно его толкает, ее щеки моментально вспыхивают.

– А чего тогда покраснела? – По-дружески подначивает ее Леха. – Забыла, как Никитос тащил тебя домой на своем горбу?

– Краснова покраснела, – ржет Денис, – ха, это классика!

– Ой, отвалите уже, – Тая раздает им тумаки. – А ты, Дрыга, и сам накидался так, что заснул на крыльце своего дома, молчал бы!

– Вы бы приглушили звук, – советую им я, – иначе сейчас все вокруг, включая нашу класснуху, решат, что мы конченые выпивохи.

– Идем к тебе? В берлогу. – Предлагает Денис. – Тихо посидим, побренчим на гитаре или поиграем в «плойку»?

Я смотрю в ту сторону, куда удалились Полина с Димой, их уже не видно. Ушли. Жаль, что у нас с Полиной почти нет точек пересечения. Если бы я знал, куда она отправилась праздновать День Знаний, то потащил бы туда своих ребят.

– Без проблем. – Отвечаю я Денису.

Но, прежде чем отправиться в берлогу, мы по настоятельной просьбе девочек отправляемся в кино – на глупейшую мелодраму, разумеется. К нам присоединяются Костя Якимушкин из «Б» класса – его попросила пригласить Тая, он ей нравится, и скромница Ксеня из «В», она же Ксюша Кулик, ее позвал Дрыга: кажется, они мутят, потому что я все чаще стал видеть их вместе.

Фильм оказывается до такой степени шаблонным и глупым, что весь сеанс нам не удается сдерживать смех. Хохочут даже девчонки. Сначала Аленка колотит меня по колену, чтобы я не мешал смотреть остальным посетителям кинотеатра, но очень скоро сама так громко смеется, что необходимость сдерживаться отпадает. Мы ржем, не боясь, что нам сделают замечание или выгонят, потому что к середине фильма рыдает от смеха уже весь зал.