Над водами Ксанфа. Ошибка царьзидента

– Итак, у нас две возможности: либо просто кто-то хочет нашу старушку на кукан надеть или, что гораздо хуже – кто-то в курсе всей нашей операции. А мы из-за некоторых этого не знаем наверняка, – он выразительно посмотрел на Сергея.

Тот молча сжал кулаки на столе и ничего не ответил. Стоящий продолжал:

– Надо сделать вот что – пообщаться с начальником этого заведения. Расспросить. Поедешь ты, Харон, возьмешь ксиву соответствующую и вытянешь из этой глисты всю информацию. Если нужно, напугайте, но не трогайте.

Нам лишнее внимание сейчас не нужно. Хотя подожди, пока не надо. Просто не теряйте его из вида.

Теперь о старушке, Адольфовне нашей. Честно скажу – если это ее взбрык, то я не ожидал. Всегда была человеком команды. Во всяком случае, так про нее пишут в прессе (Седой на этих словах согласно закивал) Поэтому я склонен считать, что либо ее похитили, либо она сама, что-то заподозрив, сбежала.

Ее надо найти любой ценой. И средство для этого у нас есть, – тут он многозначительно посмотрел на Седого, но ничего больше не добавил.

* * *

Это совещание, свидетелем которого только что стал Джереми, в очередной раз показало ему, что деление представителей известных ему разумных видов на эльфов, орков и более редкие типы – не абстракция, а реальность. Только что он видел и гоблина Седого, и группу боевых орков во главе с Сергеем и эту странную личность, которую никто не назвал по имени. Ведущий совещание его заинтересовал больше всего.

Это был, несомненно, орк, причем редкой породы – орк-переросток. Как известно, у любого правила есть исключения. Например, считается, что привычка к чтению – признак настоящего эльфа. Статистически это так и есть, но существуют и эльфы, предпочитающие непопулярные у эльфов способы загрузки информации в организм, и орки, просто не расстающиеся с книжкой. Нам из наших земных примеров можно вспомнить персонажа фильма «Арап Петра Первого», которого играет Золотухин.

Орк, если он умный и постоянно читает, рискует попасть в скорее неприятную для себя ситуацию – стать чужим среди своих.

Он понимает ограниченность своей оркской природы, но эльфом при этом не становится.

И если он действительно умен, то либо нарочито, порою пародийно, изображает из себя настоящего орка, либо ведет себя очень отстраненно. Этакий орк-аристократ или, выражаясь блатным оркским жаргоном – «ломом опоясанный». Сильным оркам это прощается, слабым – нет.