Жизнь всегда в объятиях смерти

Многое ли мы способны сделать в девять лет? Звали моего отчима Джеймс. После первого изнасилования он пять лет издевался над сестрой, пока она не выдержала и не повесилась на перекладине в амбаре.

Нашел ее я.

– Джули, пойдем домой, – пищал я, дергая ее за окоченевшие пальцы ног. Мне казалось, она играет в молчанку.

Отчим сослался на то, что моя сестренка была не уравновешена и замкнута. Копы поверили ведущему фермеру округи, ни в чем преступном не замеченном, всегда бывшим готовым прийти к соседям на помощь в случае чего.

Если бы кто-то из наших тогдашних соседей загорелся бы, мой отчим был бы первым, кто кинулся бы в дом, спасать детишек этих кретинов. Он мог казаться самой святостью…

То, что моя сестренка была замкнутой и не уравновешенной подтвердили и ее одноклассники, и психолог в школе. Маленькому мальчику никто верить не хотел и не стал…

Когда мне исполнилось десять или около того, я поклялся, что буду заниматься искоренением всех извергов, наподобие моего отчима.

Через пять лет я понял одно – искоренение насилия – задача маниакальных маньяков, буйно помешенных на убийстве насильников, но не моя. Вспоминая сестру, я решился посвятить себя психиатрии, чтобы такие девочки, как Джулия не умирали в амбарах, не срывались с крыш небоскребов, не прыгали с мостов…

Отучившись в Академии и в университете, по специальности психиатрия, я пришел на работу в участок Рэд Лэйка.

Поначалу, пока я притирался к коллективу, а коллектив притирался ко мне, работать было тяжело.

Недельки через две бесцельного прозябания за столом и просмотра матчей по бейсболу, мне подвернулся первый реальный случай в практике. Штатный психиатр заболел похмельем, меня вызвали его подменить.

Вызов был не таким удачным, как мне показалось. Никогда до того у меня не было ни одного нормального вызова. Сплошь дерьмо! Говорят, наш мир прекрасен. Возможно. Но, когда ты каждый день видишь его изнанку – красота исчезает.

– Ник, там девица на крыше, – прокричал мне Зик – один из детективов.

 – Если уболтаешь ее не прыгать, с меня пиво! – он улыбнулся.

Я протянул в его сторону руку и показал средний палец.

Взяв куртку, выскочил на улицу. Погода стояла хорошая.

Сев в патрульный автомобиль, попытался расслабиться. Волноваться не следовало. Особенно вредно волнение перед встречей с «клиентом». (Клиентами мы называли на профессиональном сленге всех, кому требовалась помощь штатного психолога.