Сингуляр

Справился…Тот день разделил мою жизнь на полное надежд до и мрачно-унылое после.

Тут нужен ультракороткий экскурс.

В промежуток с 2044 по 2050 года, когда точка технологической сингулярности уже была пройдена, а вот отделы по контролю за сингулярными учреждены еще не были, человечество успело знатно накосячить. Даже удивительно, какое количество людей в придачу к первому миллиарду на счету получают комплекс миссии и непробиваемую самоуверенность. Богачи, решившие, что теперь то точно смогут изменить мир, запускали в нерегулируемых территориях сотни сингуляров шестой степени (сопоставимой по гибкости с человеческим разумом) с самыми странными и извращенными задачами, что рано или поздно должно было нам аукнуться.

В те времена в мире наметились две непримиримые крайности. На одной стороне неистово почитали древние сказки про ужасный искусственный интеллект, который рано или поздно настолько преисполнится, что решит истребить или поработить глупое и вредоносное человечество. На другой – верили в необходимость делегировать весь контроль беспристрастному ИИ.

Первые создали террористическое движение Первозданный разум и до сих пор вредительствуют по мелочи, а плодом трудов вторых стал Ковчег.

Почти десять лет всё шло более-менее, а потом Ковчег заметил, что его подопечные не блещут талантами и получающееся общество тяжело назвать успешным. Причин на то было великие множество. Начиная с того, что сингуляры, так же как и люди, учатся, совершая ошибки, разве что они это могут делать в виртуальной симуляции и с огромной скоростью, заканчивая тем, что контингент подопечных подобрался специфический.

Они не то чтобы стремились развиваться, скорее ждали, пока ИИ изобретет волшебную таблетку. Проанализировав данные, Ковчег осознал, что загнал своих подопечных в эволюционный тупик. То что беззаботная стабильность – прямой путь к вымиранию, уже давно не новость, но ИИ воспринял этот факт по-своему. Сначала он начал усложнять жизнь своему поселению, ограничивая доступ к благам, но добился только потока гневных жалоб. Наконец, его осенило, что люди уже слишком привыкли на него полагаться, и впал в спячку, прихватив с собой ряд подсистем, включая воздухоочистку.

Когда я прибыл на Ковчег, ситуация уже была критической. Четыре часа ушло только на то, чтобы вернуть сингуляр в активное состояние, он отказывался реагировать на сигналы, еще столько же, чтобы смоделировать ему виртуальную ситуацию, в которой он наконец включил жизнеобеспечение.