Амулет. Подземелья украденных сердец. Книга вторая

– Запускайте пуффинов! – бросил Морок через плечо.

Зогот поклонился и отступил назад. Он повернулся к стоящим неподалёку десяти волотам с деревянными шкатулками в руках и взмахнул рукой. Все десять разом подошли к краю крыши и замерли, ожидая следующей команды.

Ещё один взмах руки Зогота.

Крышки со шкатулок были одновременно сняты. Мирно спавшие крохотные пуффины стали жмуриться и потягиваться, растягивая миловидные мордашки в зевоте. Тут же к волотам подлетели цмоки, схватили когтистыми лапами просыпающихся пушистых зверьков и унесли их в небо.

– Пуффины запущены, – доложил Зогот Мороку.

Владыка Тёмного Мира тряхнул гривой и крутанул оправу Амулета в противоположном направлении.

Из тяжёлых туч хлынул ливень. Площадь и улицы Старого города мгновенно покрылись липкой, скользкой грязью. Бегущие с площади люди стали поскальзываться и падать, что ещё больше усилило панику и давку.

Где-то вдали заверещала полицейская сирена.

Морок удовлетворённо крякнул. Это боль и ужас пронеслись по его жилам мощным приливом энергии.

Мускулы на теле Морока вздулись, его щупальца набухли и удлинились.

– Поздравляю вас, ваше величество, с отличным началом операции, – услышал он вкрадчивый голос Индрика за спиной.

Индрик так и не послал к Моране краснокрылого цмока. Перед тем как отправиться с командорами Морока на командный пост, он зашёл в свой кабинет. Там в выдвижном ящике массивного стола спал цмок Мораны.

Министр открыл аметистовую крышку на своём перстне и из потайного отделения выпустил наружу мохнатую рыжую сороконожку.

Индрик дал ей сползти по пальцу на крышку стола. Она быстро пробежала по гранитной поверхности и исчезла за её краем.

Буквально через несколько секунд внутри стола раздался мучительный стон цмока и завязалась борьба, от которой тяжеленная крышка стола подпрыгивала несколько раз.

Министр хладнокровно ждал. Наконец схватка закончилась. Распухшая от крови сороконожка медленно выползла наружу и на секунду замерла, будто хотела перевести дух.

Индрик выхватил тонкий нож и вонзил остриё в насекомое. Брызги зелёной крови разлетелись по сторонам, попав и на него самого. Министр достал белоснежный шёлковый платок и брезгливо вытер лицо.

Теперь у него нет никакой возможности сообщить Моране о намерениях Морока, как бы он этого ни хотел. В катакомбах водится столько опасных тварей, что даже в его собственном, хорошо защищённом укрытии становится небезопасно. Очень и очень жаль.