Камень

 – Эдам, думаю, я выражу общее мнение. Мы уважаем вас как специалиста, но, к сожалению, мы не можем больше продолжать сотрудничество с вами.

– То есть вы меня увольняете?

Коллинз тонко улыбнулся.

– Я бы не стал называть это увольнением. Особенно если учесть, что вы работаете с нами по контракту. Однако совершенно очевидно, что у нас диаметрально противоположные взгляды на журналистику.

– Вот как?

– Да.

Очередной приступ головной боли чуть не сбросил Эдама со стула. Он зажмурился и спросил:

– Это всё?

– Не смеем вас больше задерживать.

? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? 3

Вечерело. Такси остановилось у дорогого многоквартирного дома в одной из самых зелёных частей Кенсингтона. Здесь было тихо и очень уютно. В таких районах и должно быть тихо и уютно, чтобы не тревожить драгоценных арендаторов, выкладывающих за жильё по шесть – восемь тысяч фунтов в месяц. А кто и больше.

Эдам расплатился с таксистом, закинул сумку на плечо и покатил чемодан ко входу.

– О, мистер Шерл, давно вас не было видно, – улыбнулся ему портье, когда он зашёл внутрь.

– Здравствуй, Раджив! – Эдам направился к лифту.

Портье хотел сказать что-то ещё, но не решился и, кашлянув, вернулся к своим делам.

В лифте Эдама начало мутить. Он схватился за поручень и прижался лбом к прохладной глади зеркала. Стало немного легче.

Мягко звякнул колокольчик. Двери раскрылись, и он вышел в коридор, устланный тёмно-синим ковровым покрытием с золотой вышивкой по краям. Побрёл в конец коридора, остановился у двери, достал из кармана куртки ключ и попытался вставить его в замочную скважину.

Сразу не получилось. Руки тряслись. Он перевёл дух и попробовал снова. Ноги подкашивались, но он собрал волю в кулак и, наконец, сумел вставить ключ в скважину. А вот повернуть его не получилось. Эдам негромко выругался и попытался вставить его снова. Промучившись с минуту, он сдался и нажал на дверной звонок.

Почти сразу ему открыла Кларисса.

– Я без телефона, прости, – он устало посмотрел на неё.

Длинное чёрное платье облегало стройное тело.

Он вдруг всё понял.

Кларисса равнодушно посмотрела на его перебинтованную руку.

– Я собрала твои вещи, – она пододвинула ногой полузакрытую сумку с кое-как напиханной внутрь одеждой.

За её спиной раздался мужской голос:

– Дорогая, кто там?

– Никто.