Камень

Он поставил сумку, которую забрал из квартиры Клариссы, на пластиковый контейнер, набитый всякой всячиной, и уже собрался уходить, но развернулся и стал рыться в пыльных коробках. Наконец нашёл в одной из них небольшую плоскую фляжку. Сунул её в карман и замер. Его опять начало мутить.

Эдам попытался остановить приступ, но не тут-то было. Он помчался к выходу из здания, кое-как сдерживая себя, выскочил на улицу и подбежал к забору. Выворачивало долго и мучительно. Когда спазмы отступили, он прокашлялся и стал отплёвываться.

Мимо медленно проехала машина. Люди в ней одарили его презрительными взглядами. Он вытер губы. Ему было всё равно. Он стоял, вцепившись пальцами в сетку забора, и переводил дух.

Потом побрёл обратно. Нужно было закрыть склад и ехать в город. Его старый друг, Фредерик Штейн, фоторедактор в Observer Report, согласился посмотреть снимки из самой молодой страны в мире.

Они расположились в кабинете Фреда. Пока тот разглядывал фотографии, Эдам сидел с непроницаемым лицом, однако нога его нервно дёргалась.

Штейна знали как человека мягкого, даже сердечного, что было редкими для его должности качествами. Работы Эдама он ценил, несмотря на то что тот не был профессиональным фотографом, и время от времени их покупал. Сейчас же деньги Эдаму нужны были как никогда.

– Ну, – не вытерпел он.

Штейн поскрёб лоб.

– Неплохо. Впрочем, как всегда. У тебя есть глаз. Я бы не сказал, что это прямо шедевры, но ты очень удачно схватываешь ситуации. Ты знаешь, что мне всегда нравилось, как ты работаешь.

– Отлично!

– Да. Но, к сожалению, взять я их не могу, – Штейн отодвинул снимки от себя.

Эдам нахмурился:

– Почему?

– Ну, во-первых, тематика уже достаточно разработана. Ты знаешь, что Минцкевич и этот… как его… Гросс снимали там же. Причём совсем недавно.

– И что? Фред, когда это было проблемой?

Штейн тяжело вздохнул.

– Ну… ты же понимаешь… – он, казалось, не мог подобрать правильные слова.

– Нет. Я не понимаю.

– Эдам, ты должен понимать, – Фред виновато улыбнулся.

Лицо Эдама покрылось пятнами.

– Фред, говори напрямую. Мы достаточно долго друг друга знаем.

Штейн снял очки и покрутил их в руках.

– Я не могу. Честно. После того случая в Судане…

– В Южном Судане.

– В Южном Судане. Какая разница? – в голосе Фреда послышались недовольные нотки. – Все знают, что случилось.

– Но ведь…

Штейн не дал ему договорить.

– Меня просто не поймут, ты и сам это знаешь.