Камень

Александр Воронов, с небольшим чемоданом, перехваченным обычным брючным ремнём, идёт впереди, его юная жена Александра, с чемоданом поменьше, семенит следом. Ворот белой рубашки молодого эмигранта расстёгнут, и в вырезе виден аметист, висящий на тонком кожаном ремешке…

Майкл вздохнул.

– Это всё, что осталось от его семьи. Страна была охвачена гражданской войной. Они выбрались живыми, и это самое главное, – он расправил складки одеяла дрожащей рукой. – Я всегда считал, что камень просто приносит удачу. Я был слишком молод и неблагоразумен.

Вся эта история семьи, эти русские корни казались мне несущественными. И без этого дел хватало. Я хотел стать британцем, и я им стал. Даже сменил русскую фамилию Воронов на Шерл.

– Воронов?

– Да. Это наша настоящая фамилия. И я не Майкл, а Михаил. Михаил Александрович Воронов, – проговорил он по-русски.

Впервые за всю ночь Эдам улыбнулся.

– Воронов. Да, я и забыл.

– Я говорил тебе в детстве, – кивнул дед. – Шерлами русские называют чёрные турмалины.

Мне нравилось слово.

– Занятно, – Эдам внимательно слушал.

– Камень достался мне, когда я в двадцать лет уходил на фронт.

Майкл хорошо помнил, как стоял перед родителями в 1940 году в британской военной форме. На прощание отец надел на него медальон с кристаллом, а он улыбался и даже не догадывался, как важен этот подарок.

– Мои родители боялись, что меня убьют, – Майкл говорил негромко, голос его стал заметно мягче.

Эдам ходил по палате, заложив руки за спину, и ловил каждое слово деда.

– Я был ранен. Мне прострелили правое лёгкое. Вот здесь, – Майкл показал на правую сторону груди. – Даже шрама не осталось, – он облизал сухие губы. – Ещё была автокатастрофа в сорок седьмом. Все погибли, а я выжил.

Эдам покачал головой.

– Я не верю в камни с магическими свойствами. Что это за минерал?

– Я не знаю, – честно ответил старик.

Эдам нахмурился.

– То есть? Ты всю жизнь работаешь с драгоценными камнями, как ты можешь не знать?

– Вот так.

– Я не понимаю, как так может быть.

Ты изучал его? Пытался определить химическую формулу?

– Мы не смогли. Хочешь верь, хочешь нет. К тому же мне не хотелось лишний раз его кому-либо показывать.

– Если бы я тебя не знал, я бы поверил.

– Твоё дело. Говорю как есть.

Эдам остановился.

– И ты не попытался отыскать месторождение? Где бы их были тысячи?

– Пытался. Не нашёл.

Эдам на секунду задумался.

– Камень нашли в России?

– В Уральских горах.