Первопроходцы облачного города

Мучительность происходящего заставила Юру сомневаться в необходимости соблюдения правил приличия. Ну, увидит напарник его голым, чего такого? Но инженеры народ упертый и очень стеснительный. Когда битва с полиэтиленом и хлопком завершилась, Юра ощутил себя кроманьонцем, завалившим саблезубого тигра голыми руками и натянувшим на себя его шкуру. По крайней мере, тело точно болело, как после схватки с чем-то когтистыми и трехсот килограммовым.

Комната реабилитации оказалась такой же минималистичной, размером с небольшую кухню.

Слева прислоненный к стене стол и два сиденья, почти как в боковушках древних плацкартов, справа миниатюрная тренажерка с двумя универсальными кардиомодулями и набором свободных весов, в дальнем конце – если можно так назвать место пяти шагах от тебя – компактная столовая. От одной мысли о еде Юру тут же замутило. От греха подальше он уселся за стол и, обхватив голову руками, уткнулся лбом в прохладную столешницу.

Кровь пульсировала в висках, потихоньку прогоняя боль.

Сзади раздался звук открывающейся душевой, очевидно, прибыл напарник по реабилитации. Юра, повинуясь рефлексу вежливости, повернул голову, но сделал это слишком резко. В затылке словно лопнул пакетик с кислотой.

– Твою мать. – только и смог прошептать он себе под нос, тут же вернувшись в исходное положение.

Напарник не отреагировал, просто прошел мимо к дальней стене комнаты, что-то достал из холодильника и уселся напротив.

– Пей. – произнес мягкий женский голос, и стук поставленного на стол стакана запрыгал металлическим шариком в чугунной голове.

Юра медленно поднял взгляд, в глазах плыло так сильно, что вместо девушки перед ним сидел размытый бумажный человечек, небрежно вырезанный из ватмана школьником. Стандартная реабилитационная одежда была ей велика, в эконом классе это привычное явление.

– Пей давай, – настояла девушка, – раз уж сам налить не смог.

Юра сделал недоверчивый глоток. По консистенции напоминало жидкую манную кашу с комками, а по вкусу смесь кислого яблока и зеленого крыжовника.

Освежающе.

– Это что? – спросил Юра.

– Реабилитационная смесь, чтобы облегчить побочки комы. – холодеющим тоном ответила собеседница.

– А чего сама не пьешь?

– Мне и так нормально.

– Ты бессмертная, что ли? Как можно терпеть такую боль?

– Я девушка, если ты не заметил. И, если к тебе вернутся манеры, меня зовут Луиза. Не стоит благодарности.

– Спасибо… Я Юра. Но всё таки.