Подгорных дел мастер

Пока остальные держали шоколад и нюхали его, я отломил ещё кубик и положил его себе в рот. – Кушайте, а то он в руках тает постепенно. Это называют шоколад.

После этого я активно заработал челюстями, показывая пример. Первым лакомство закинул в рот Альсен. После него и остальные. Глядя как меняется их выражение лица с настороженно выжидательного, на изумлённо восхищённое, я испытал гордость за отечественного производителя, фабрику «Коммунарка». После чего протянул Альсену шоколадку, завернув её назад. Тот, как величайшую ценность принял её, кивнул и положил в небольшой заплечный мешок.

Через час быстрого шага, мы вышли на тракт, который как граница, делил степь и лес. По дороге плёлся караван. Именно так. Верблюды и лошади, телеги, повозки. Какие-то вооружённые люди, наверное, охрана. Перед выходом из леса, эльфы вновь закутали лица в маски-тряпки. Выйдя из лесу, эльф показушно махнул рукой и громко сказал:

– Иди. Ещё раз пересечёшь границу леса и ничто тебя не спасёт.

– И вам не хворать! – Сказал я и пошёл к каравану.

Ко мне тут же подъехал какой-то воин в кожаной куртке с копьём в руках и спросил:

– Ты как в лес забрёл, заполошенный? Жить надоело? – В это время подъехали ещё три таких-же и дядька, в расшитом халате. Я скорчил простецкую, туповатую морду лица и ответил:

– Так припёрло меня облегчиться, вот я в лес и зашёл. Только присел, а мне в то место, где спина теряет своё благородное название палкой, да со всего маху.

Мои собеседники грохнули.

– Ну да я когда подскакивал, – успел облегчиться.

А потом эти мне говорят, что за то, что я без спроса удобряю их лес, да ещё без всякого плана, меня надо убить. Но так как это в первый раз, то пшёл отсюда вон, и чтобы мы тебя здесь, не видели больше.

Мои новые собеседники ржали как их кони. Пока они вытирали слёзы на глазах, я спросил:

–Возьмёте ли меня попутчиком до какого-нибудь ближайшего большого поселения?

–Возьмём, конечно. Только вот положи сюда руку и скажи, что не злоумышляешь ничего плохого. – С этим, он протянул мне какую-то пластину с кракозяброй.

Я понял, что это некий детектор лжи на магии и положил руку в перчатке. После чего сказал, что не злоумышляю ни против каравана, ни против никого лично.

– Хм. Не врёшь. – Потом повернулся и устало сгорбившись махнул рукой. – Поехали. Если будешь до Рагнора с нами, то с тебя серебрушка.

–Не вопрос. Кому деньги? – Спросил я.

– Мне и отдашь, – повернулся ко мне с лошади, караванщик. – Габит, определи его в повозку.