Ответный плевок

Оставался только Шныгин. Вот на него-то и начал Микола точить свой правый клык!.. Ну а с напильником во рту разговаривать было несподручно. Вот украинец и молчал.

У остальных агентов для сохранения тишины были свои причины. Шныгин к болтунам не относился. Разве что после литра водки. Да и тогда относился крайне отрицательно. Кедман, не знавший практического применения всем словам, не считающимися частью армейских команд и баскетбольных терминов, может быть, и хотел что-то сказать, да на ум ему ничего, кроме любимой кричалки капралов —«левой, левой, раз, два, три» – не приходило.

Ну а умный Зибцих изо всех сил пытался понять, какова же была цель только что прошедших спецзанятий, если никаких новых спецзнаний от спецпрофессора они не получили. Ганс даже хотел спросить об этом своих боевых товарищей, но решив, что вразумительного ответа, кроме «хрен его знает», получить не удастся, оставил свой вопрос про запас. До следующей лекции.

– Товарищ майор, какие извращения у нас еще на сегодня запланированы? – вытянувшись в струнку перед видеокамерой наблюдения, первым делом поинтересовался Пацук, едва оказался внутри кубрика.

Камера в ответ сердито мигнула светодиодом и, издав ехидное жужжание, отвернулась в угол. Видимо, Раимова за сегодняшний день украинец настолько достал, что у майора уже сил никаких не было даже для того, чтобы наблюдать на экране монитора гладко выбритую голову Пацука с оселедцем на макушке. Микола довольно ухмыльнулся и попытался заглянуть в глазок видеокамеры.

– Так что, товарищ майор? Будут на сегодня еще какие-нибудь приказания? – нацепив на лицо подобострастное выражение, не унимался Пацук. – Вы там тоскуете, небось, в одиночестве? Может быть, песню вам спеть? Украинскую?! – и завыл самым отвратительным голосом, какой только можно было отыскать на Украине:

– Ой, у вишневому садочку, де соловейко щебетав…

– Молчать, агент Пацук! – не выдержав пытки фольклором, завопил в динамики майор.

– Что, не нравится? – откровенно удивился Микола и тут же оскалился.

 – А вот буду петь, товарищ майор! Тут, между прочим, наше личное помещение и вести постоянное наблюдение и подслушивание вы прав никаких не имеете. В конце концов, мы не в зоне находимся, а на контрактной службе. Так что, не хотите песни слушать и мою гарну внешность наблюдать, так выключайте на хрен ваши гляделки и слухалки!..

– Так они же в кубрике исключительно для вашей безопасности поставлены, – попытался объяснить Раимов.