Узник

Иван смотрел в небо, но глаза медленно закрывались от хронической бессонницы. В полудреме услышал голос:

– Вань! Вань! – это бежал Матвейка. Иван обернулся и сказал:

– Что ты, дурак, кричишь, – немцы повсюду!

Матвейка был сыном лесника и с детства знал все тропы в лесу. В отряде он был кем-то вроде егеря или проводника для партизан. Охламон высшей степени – неопрятный, беспардонный. Рыжеволосый, чуть выше среднего роста, лет восемнадцати от роду.

– Командир зовет, ? прошептал Матвейка.

Иван встал, отряхнулся, достал из кармана яблоко и вручил его Матвейке.

– Ну пошли, раз командир зовет, ? сказал Иван, засунув обе руки в карманы, и направился в сторону лагеря.

Илья Михайлович ждал Ивана в своей небольшой землянке. Она напоминала маленькую конуру, со столом из сбитых досок и лежанкой с хвойными ветками. На столе стояла большая свеча, которая освещала карту.

– Тук-тук, разрешите, товарищ командир?

– Заходи, Ваня, присаживайся, – произнес Трошин, не поднимая глаз с карты.

Слева от Трошина стояла небольшая печка, на которой находился маленький чайник.

Илья Михайлович молча достал две железные кружки и два кусочка сахара.

– Чай будем пить! – только сейчас Трошин обратил взгляд на Ивана.

Он взял горячий чайник и наполнил обе кружки.

– Ты пей, Ваня, пей, – сказал Трошин, а сам опять опустил свой взор на карту.

Иван пил чай, облизывая кусочек сахара, чтобы продлить удовольствие от сладкого. Так продолжалось несколько минут, кроме чавканья Ивана стояла гробовая тишина.

– Ну что, Иван, хотел повоевать с немцами? – произнес Трошин, оторвавшись от карты.

– Так точно! – громко ответил Иван и вытянулся во весь рост.

– Да садись ты уже, не у генерала на приеме, – сказал Трошин. – Сегодня в два часа ночи выдвигаемся в город, место назначения – железнодорожная станция. Наша задача – проникнуть в здание вокзала и похитить документацию с немецкими картами. Идем в группе из трех человек: я, ты и Матвейка.

Около минуты стояла тишина, затем Трошин поморщился и сказал:

– Не доверяю я Матвейке.

Чует мое сердце, какой-то он подозрительный. Последний раз пошел в город к связующему, вернулся без информации, а лицо светилось.

– Товарищ командир, может, не брать Матвейку? – уточнил Иван.

– Никак без этого рыжего черта, он дорогу короткую знает, – покивал Трошин. – Ничего подозрительного за ним не замечал?

– Шебутной он больно, товарищ командир, а в остальном – вроде как всё нормально, – ответил Иван.