Око Элиона. Приключения Братислава

Но даже через плотную ткань в том месте, где должны были располагаться глаза, сверкнули и погасли огоньки, которые обожгли снова. Ратники грубо стащили меня с помоста и снова отвели в темницу. Дверь захлопнулась и надежда на освобождение испарилась.

– Странно как-то всё. – донеслись до меня слова одного из ратников, – Что это царю вздумалось снизойти до этого бродяги? А впрочем неважно, он все одно сдохнет на рудниках.

– Да уж. Царь не в себе с тех пор, как из-за придворного гласа пропала его дочь, Стелла.

 – ответил второй.

– Как пропала?

– Просто пропала вместе с целой комнатой. Поговаривают, что царский глас Мира баловался с запретными силами, и что даже стал гласом Смерти. Видать что-то напутал. Теперь на месте покоев царевны скальная глыба.

– А что случилось с этим гласом?

– Был с позором изгнан до тех пор, пока не вернёт царевну. Но он очень осерчал и сейчас является самым страшным врагом царя. За него объявили награду неимоверную за живого, или мёртвого, но охотников осталось мало.

Уж очень много бойцов полегло, пытаясь добраться до него. Поговаривают ещё, что они с царём братья кровные, а ведь вражда какая! Да только гибнут в ней простые, вот как мы с тобой, а им и дела нет.

– Вот так дела! – присвистнул тюремщик, – Царь, получается, сильного врага себе нажил, но в живых оставил?

– Получается так. Неосмотрительно конечно. Я бы…

Голоса постепенно удалялись, и я понять что-либо ещё из их разговора стало невозможно.

Обведя камеру глазами и осознав, что снова нахожусь в компании преступников, я хмуро ухмыльнулся.

– Что ты ухмыляешься, Братислав? – спросил меня Лейн, отодвинув от себя тарелку с жутким месивом из непонятно чего, но явно сгнившего – типичная наши харчи. Его, как и всех ждала участь до скончания жизни гнуть спину в рудниках в обмен на еду. – Неужели тебе не страшно?

– Страшно? – переспросил я, – Меня должны были казнить, а вот поди ж! Чего бояться то? Работай себе, получай удовольствие.

– Удовольствие сомнительное. – ответил Лейн. – Ты как хочешь, а я постараюсь сбежать, когда нас будут конвоировать.

На этом наш едва начавшийся разговор внезапно завершился. Заскрипели ржавые петли и решётка начала открываться.

– Эй, крысы! – услышали мы грубый голос стража. – На выход! Шевелись! У вас появился шанс сделать хоть что-то полезное. Будете вкалывать пока не сдохнете. И благодарите царя, за возможность жить, трудясь на благо Тэксиса.