Око Элиона. Приключения Братислава

– Как же мне сделать это, великий? – поинтересовался я.

– Всё просто. Хороший сон и здоровая еда. Более быстрым вариантом были бы особые грибы, или тайный отвар, но это редкость. Ступай отоспись, благо уже вечер. Как почувствуешь себя хорошо, приходи. Мне нужны такие ученики как ты.

Я слушал его, но сам был потрясен до глубины души. Вдруг, неожиданно для себя я стал гласом! Хотя до полноценного гласа было далеко, но слова Любогоста и других жрецов, которые я до сих пор не воспринимал всерьёз, полностью подтвердились! Мне открылось неведомое! Припомнив каким могуществом обладает Казимир, я в потрясении представлял себе, что тоже смогу мановением руки сметать всё со своего пути, и испытал головокружение от нахлынувших на меня перспектив.

Мне хотелось как можно скорее овладеть всем и сразу, чтобы показать Далибору, что таракан тоже может кусаться!

– Ты потратил свиток на демонстрацию. – вернули меня слова Радаки в действительность, – С одной стороны это было глупо, так как свиток очень дорогой, но я возмещу его тебе аналогичным.

У меня ты сможешь учиться и покупать другие свитки. Чем больше знаний получишь, тем более мощными овладеешь заклятиями.

Я искренне поблагодарил его за оказанную честь и подарок. Все ещё чувствуя себя обессиленным, я попросил разрешения удалиться и получив одобрение стал раздумывать о предстоящем ночлеге. Самым подходящим местом для сна мне показался дом Любогоста.

– Всё-таки, – подумалось мне, – друг Далибора может быть и моим другом. Ну или хотя бы не врагом.

Несмотря на то, что на улице вечерело, Любогоста дома не оказалось. Спрашивать разрешения было не у кого и я с удовольствием растянулся на его кровати. Провалившись в сон почти мгновенно, я замечательно выспался и отдохнул. По ощущениям время приближалось к полуночи. Голод терзал словно дикий зверь, но за время моих последних приключений я не удосужился запастись провизией. Любогост так и не появился. Вспомнив о живительных соках деревьев гигантов, я нашёл кружку и налил воды, которая так удивительно насыщала.

Выйдя из дома и вдыхая вечернюю свежесть, направился бродить по поселению без определённой цели, отмечая для себя, как преобразилось поселение при свете луны. Хотя вдоль деревянных настилов и горели факела, дымка, поднимающаяся с болота, поглощала и рассеивала их свет, придавая этому месту фантастический вид. Ровный лягушачий хор добавлял изюминку, как и звук заунывной песни, или молитвы, со стороны каменной площади.