Запрещенный угар

Проводить этот курс должен был, естественно, Гобе, у которого тут же жадно загорелись глаза. «Икс-ассенизаторы», напротив, страстью к занятиям у Инквизитора не пылали и уже на собрании стали придумывать всевозможные поводы, чтобы от них отвертеться.

Хиро Харакири получил от подполковника задание заняться изучением трунарских способов дальней локации и поиском методов ее преодоления. Ну а Зубов, как всегда, волен был заниматься всем, что попадется ему на глаза. Сейчас ему на глаза ничего, кроме стриженой макушки Раимова, не попадалось.

Однако заниматься ею профессор не стал, поскольку никто его не неволил. Вместо этого Зубов принялся за расчеты электромагнитного резонанса двигателей трунарских кораблей. И делать это профессор стал прямо на столешнице президиума. Благо всегда таскал в кармане мел!..

Раимов хотел было одернуть профессора, но потом решил, что черкание мелом на столе все же лучше тех идиотских реплик, которые время от времени подавал Зубов, и приставать к ученому не стал, оставив его наедине со своими расчетами.

Встав из-за стола, подполковник сделал пару шагов вперед, а затем начал пространственную и вдохновенную финальную арию, вновь сильно начиненную возвышенными словами о долге, чести и преданности. Бойцы внимали ему с трепетом в сердцах. Однако трепет этот возник не оттого, что «икс-ассенизаторов» растрогал пафос Раимова, а от опасения, что подполковник будет говорить бесконечно. Но страхи эти не оправдались. Раимов поперхнулся на очередном возвышенном обороте и резко свернул монолог.

– Ну вот, собственно, и все, что я хотел вам сегодня сказать, – старательно откашлявшись, проговорил он. – До ужина можете быть свободны. Потом бойцы ознакомятся с усовершенствованиями в экипировке, ну а затем – личное время и отбой. Вопросы есть?

– Есть, герр подполковник, – проговорил Ганс, поднимаясь со своего места. – Сара Штольц будет участвовать в операции или на этот раз мы станем работать вчетвером?

– Странно, что именно ты задаешь мне этот вопрос, – хмыкнул Раимов, удивленно посмотрев на ефрейтора.

– А чего тут странного? – влез в разговор ехидный Пацук.

– Немцы всегда очень сильно интересовались жизнью евреев.

– Так что с Сарой, герр подполковник? – не обратив внимания на реплику сослуживца, повторил вопрос Зибцих.

Раимов усмехнулся.

– Будет вам и Сара, будет и свисток, – перефразировав одну давно забытую поговорку, проговорил подполковник. – У нее какие-то проблемы со здоровьем.