Запрещенный угар

– Ваши деньги? Разве у вас есть деньги? – удивился небесный и тут же хлопнул себя ладонью по капюшону в том месте, где, наверное, у него находился лоб. Хотя кто знает, по каким местам себя инопланетяне обычно шлепают?

– А, ну да. Деньги у вас, конечно же, должны быть, – задумчиво ответил он сам себе. – Вот только курс ваших денег по отношению к нашей единой валюте мне неизвестен. Кстати, а как обстоит у вас дело с поставками эллериума? Вы получаете этот энергоноситель от правительства или добываете сами? Может быть, нам стоит обсудить этот вопрос за чашечкой скуубы?.

.

– Ты все эти вопросы будешь обсуждать с нашим командиром. Если он захочет, конечно, – отрезал старшина. – Да, и не вздумай толковать об энергоносителях с самым низкорослым членом моей команды, – и перехватил взгляд Хаарма, устремленный на Сару. – Да не с этой. Это женщина. С Пацуком. Я его на охране переходного отсека оставил.

– А почему с ним нельзя говорить об этом? – удивленно поинтересовался небесный.

– А ему все детство энергоносителями испортили.

Он теперь нервный. Услышит что-нибудь о них, блин, и убить любого может, еври бади! – пояснил старшина, а себе под нос пробормотал, выключив радиосвязь, естественно: – Хохлам только об эллериуме еще никто ничего не рассказывал. Они нам за газ до сих пор долги не выплатили, а узнают о новом энергоносителе, так и вовсе платить откажутся.

Естественно, эту реплику старшины никто не услышал. За исключением Сары. В тесном помещении тамбура шахты она стояла слишком близко к нему, и даже гермошлем не помешал девушке разобрать слова Сергея.

После чего Штольц как-то излишне задумчиво посмотрела на Шныгина. Оценила стратегический талант нового командира, что ли?..

Старшина, впрочем, пристального внимания к своей персоне со стороны Сары Штольц не заметил. Как, впрочем, не знал, что внутри его десантской черепушки могут присутствовать даже зачатки какого-нибудь стратегического таланта. Конечно, Сергей дураком не был, но, к своему глубочайшему несчастью, знал о стратегии только то, что она чем-то отличается от тактики и в ней ни комбат, ни сам министр обороны ни хрена не разбираются.

Со слов ротного, конечно. Игорь Сергеевич о словах ротного не знал. Не знал он и о том, что думает Шныгин. О нем самом, о ротном в частности и обо всех начальниках в целом. Поэтому и ротный, и старшина остались без взысканий.

Да, собственно говоря, ни о министре обороны, ни о ротном Шныгин сейчас не думал.