Волшебное путешествие

Только спустя минуту мне удалось создать защитный шар, но ветер тут же подхватил его, и понёс вдоль широкой и очень шумной улицы, стиснутой с обоих краёв большими прямоугольными домами причудливых форм и цветов.

Вскоре шар подлетел к одному из десятков кривых металлических столбов, между которыми протянулись толстые и тонкие чёрные канаты, словно это был огромный цирк. Я зацепился за него, и поднялся к странного вида лампе.

Внизу, по какой-то каменной, как показалось тогда, чёрной с белыми полосами дороге, в разные стороны ездили сотни странных экипажей.

Большие и маленькие, довольно необычного вида, они останавливались, из некоторых выходили люди, одетые в непонятные одежды. Я попытался настроиться на их мысли, чтобы узнать и понять язык, но тут же пожалел. На меня хлынула настоящая мешанина, и разобраться в ней было совершенно невозможно. Только спустя какое-то время, уже более-менее освоившись в этом новом для меня мире, мне удалось выучить несколько языков, и разобраться в их разнообразии.

Я поднялся повыше, и осмотрелся по сторонам. За двести с небольшим лет (для нашего брата джинна это то же самое, что для обычных людей четырнадцать) мне никогда не приходилось видеть такого огромного города, который расстилался внизу на много миль. Казалось, что я стою на гигантском ковре, где белые пятна и линии соседствуют с многоцветием высоких домов и башен, иногда довольно странной формы.

Я вылетел из города, и начал путешествие. За три недели мне удалось облететь всю планету, и посмотреть города и страны.

Сразу же после освобождения я полетел в Египет, в то место, где стояла когда-то моя школа, но нашел там только занесённые песком канал и несколько строений. Чуть позже, пролетая над Александрией, я почувствовал волшебство, которое за четыреста лет заточения только усилилось и развилось. Но до прихода Бессмертных, мне суждено находиться вне школьных стен. А пока что я, если можно так сказать, нахожусь в послекувшинных каникулах.

Если говорить честно, мне ещё повезло, что Бессмертные взяли меня на уроке, когда в карманах моего халата были уменьшенные учебники по многим предметам, и особенно по заклинаниям, а в подвешенных к поясу кошелях – несколько золотых и серебряных монет.

Мои знакомые «кувшинники» (я ещё не раз буду вспоминать их с благодарностью) рассказывали, что им удавалось выжить только благодаря глиняным табличками с клинописными заклинаниями. Кроме этих книг, мне на помощь неоднократно приходила моя память.