Долг центуриона

– Ты можешь, конечно, пренебречь моим предостережением, но я могу тебе сразу сказать, что в том случае, если твоя жадность приведет к нежелательным последствиям, это не понравится совету мыслящих нашего инопланетного района. А он, в наказание и чтоб другим неповадно было, способен, например, отобрать у тебя лицензию на ведение дел на Бриллиантовой. Хочу напомнить, что тому, кто ее лишится, она никогда более не может быть выдана. Понимаешь, о чем я говорю?

Я сделал еще один глоток из стакана с гликом и облокотился на стойку.

За что я уважаю Марноу, так это за решительность. Для того чтобы обдумать мои слова, ему хватило всего полминуты. По прошествии этого времени он сказал:

– Ладно, пусть будет только материальный ущерб.

– Умно, – одобрил я.

– И возмещение упущенной выгоды. Ты видел, из-за скандала мое заведение покинуло восемь клиентов.

– Шесть. Я их посчитал.

– Хорошо, пусть будет шесть.

– Договорились?

– Ладно, договорились.

После этого я набрал на бормоталке номер председателя совета мыслящих инопланетного района, в обязанности которого, кстати, входило также отправлять правосудие в подобных случаях, и сообщил ему о случившемся.

Выключив бормоталку, я сунул ее в карман и, сделав безрезультатную попытку нащупать в нем коробочку сигарет, чертыхнулся.

Ах да, я же бросил курить. Чертов Мараск, как это меня угораздило попасться ему на удочку?

– Сигарету? – предложил Марноу.

– Нет, со вчерашнего дня не курю, – мрачно сказал я.

– О-о-о.

.. – протянул хозяин ресторана. – Это серьезное решение. Как правило, оно требует большой силы воли.

– Не очень, – сказал я. – Вот придерживаться его – требует.

– Да, – улыбнулся Марноу. – Тут ты прав.

Я хлебнул из стакана и в который уж раз попытался понять, почему я до сих пор не расстался со своей работой. Кто мешает мне плюнуть на нее и растереть? Деньги? Деньги у меня есть, и немалые. Конечно, за последние полтора года у меня были приличные траты, включающие, например, в себя нового симбиота.

Однако некоторая сумма, для того, чтобы безбедно прожить до конца дней своих в каком-нибудь дальнем уголке галактики, на моей всекредитной карточке еще лежит. Что тогда меня держит в этом районе, как не деньги? Чувство долга перед моими нанимателями? А почему? Ничем особым я им не обязан. Более того, если уж на то пошло, обзавелся я этой работой вопреки собственному желанию. А значит...

Ирмурянин шевельнулся и издал звук, смахивающий на стон.