Прибытие поезда

Монахам остались шерстяные простыни, мешки с продовольствием и конь.

5

Через несколько минут его догнали. Гайдук оглянулся – на изрядном уже расстоянии виднелись чёрные рясы. А прямо к нему двигалась удивительная компания. Верхом на рыжем коне – том самом, украденном вчера со станции и привёзшем в степь брата Феодула – скакала девочка. Да как скакала, доамне фереште[6 - Боже Правый (молд. диалект.)]. Свесила ноги на одну сторону, как барыня, даром что вся укутана в чёрный мешок. Сидит прямо, видно, что привычна к езде.

Из-за спины её выглядывает мальчик – с виду помладше. Держится кое-как, обхватив опытную наездницу за талию и скривившись от испуга. А за ними пешим ходом едва успевает ещё один монашек, этот, пожалуй, старше всех, но всё-таки тоже мальчишка.

Они остановились перед Кэтэлином. Тот, что бежал за конём, свалился и принялся кашлять и утирать пот. Хилые были эти монахи, негодные для степных путешествий.

Девочка встряхнулась, освобождаясь из объятий спутника.

– Ай небунит, фато?[7 - С ума сошла, девочка? (молд.

)] – удивился Кэтэлин.

Девочка смотрела на него.

– Врай сы ти ущигэ?[8 - Тебя прибить? (молд.)] Тьфу, ты ж болгарка. Тебя что, пристрелить?

Она всё смотрела, набираясь смелости. Бледная, худая, то там, то сям веснушки, нос маленький – ну жалостливое такое лицо, как раз подходит для христовой невесты. Да они, если вдуматься, все как-то так неприметно и выглядят. Вот глаза у неё были стрёмные. Здоровые, как блюдца. Ненормально большие глаза на простеньком в общем-то личике.

– Пожалуйста, господин гайдук. Подождите минуту.

– Щи врай?[9 - Чего хочешь? (молд. диалект.)]

– Золото уже ваше, – сказала девочка. – А ещё у вас оружие. Вы же видите, у вас всё есть. Как вас зовут?

– Кэтэлин, – мрачно сказал Кэтэлин.

– Видите, Кэтэлин, у нас нет ничего. Угрожать мы вам не можем, предложить тоже больше нечего. И вы, конечно, можете оставить нас в поле, а сами ехать, куда вам захочется.

– Вот это в точку. Н-но!

Она не отставала, ехала вровень.

– Всё-таки пристрелить, – вздохнул Кэтэлин. (А девочке бы подрасти, была бы очень даже заманчивая краля. Ну, если не глядеть на глаза. Уродилась же… Опять же, говорят, с монашкой согрешишь, с другой бабой будет неудача. Кэтэлин в это верил).

– Простите нас, – голос тонкий, совсем детский. – Я не буду ехать с вами. Только дайте сказать. Вы едете на север, мы…

– Я не еду на север.

– Кэтэлин, на юге турки, а по сторонам только степь.