Господин из завтра. Десант из будущего

Поэтому, усмехнувшись, цесаревич попросил высокое собрание быть к нему снисходительным и не выносить очень уж строгий приговор, ибо он до последнего момента не знал с достаточной точностью, что вообще находится в реальном мире, а не в какой-нибудь виртуальной реальности. Но старался, как мог, в меру своих слабых сил и возможностей. И главным своим достижением считает налаживание дружеских отношений между Россией и Германией.

Шенк не преминул отпустить реплику, комментирующую сущность этих отношений:

– Да дружим мы с ними… телами… – Но тут же прикусил язык и даже хлопнул себя ладонью по рту.

 – Мужики, простите, не хотел скабрезностей, но оно как-то само из меня прет… гусарство это.

– Илюх! Тьфу… Володь, бляха… уймись! – негромко сказал Альбертыч. – Если ты с гормонами справиться не можешь, сходи к врачу, пусть он тебе галаперидол пропишет. Или чем тут сейчас общее возбуждение организма лечат?

– Стрихнином! – уверенно сказал я. – Без шуток! В аптеках продается как успокоительное общего действия.

Шенк крякнул и густо покраснел. Что-то действительно у него с гормонами не то. Но так телом-то он у нас самый молодой. Не считая цесаревича.

– Извините, ваше императорское высочество, мы вас прервали, – кивнул стоящему Николаю дед, – продолжайте, пожалуйста!

Тут уж смутился цесаревич.

– Альбертыч! Ты… Вы… это… чего так официально? Высочеством?

– Для тренировки, Олежек, для тренировки! – усмехнулся дед. – А то назовемся при чужих подлинными именами и спалимся на фиг, а назад у нас теперь дороги нет!

– Как нет? – возмутился генерал-адмирал.

 – Мне что же это теперь, всю оставшуюся жизнь в теле алкоголика жить? С больной печенью? И коньяк только нюхать?

– А я тебе, Сережа, ох, прости, твое высочество князь Алексей, легкой жизни и не обещал! – отбрил дед. – Мы, коллеги, здесь как камикадзе все! С билетом в один конец! Если мы в этом веке новую жизнь не построим, то плохо будет всем! Не получится так, чтобы напортачить, а потом обратно в XXI век смыться! Это, коллеги, всех касается! Работаем до победного конца! Машинка эта, посредством которой мы все сюда попали, мною уничтожена!

– Зачем? – вырвалось у Алексея.

– А затем, чтобы никто оттуда, – взмах рукой в неопределенном направлении, – ни ребятки из будущего, ни свои же земляки-современники, не смог вытащить нас назад и прервать операцию!

И дед обвел всех сидящих пронзительным взглядом.