Ночная госпожа

Неожиданно, Эмпедорий резко вдохнул в себя жизнь, словно воздух, и тело его преобразилось, став таким, каким оно было. Он встал с колен, осмотрел каждого из нас и спросил:

– Что нашли, братья?

– Рукописи и книги из архива. Вот, все что уцелело – сказал брат Прозх.

– В покоях все мертвы, но много утвари и чаш. Мы нашла еще и дневник сестры Аласкалиэль – доложил брат Ихр.

– Я уже начал думать, что ты поддался ереси, брат – сказал Аристиан.

– Ты уже начал думать? Поздновато спохватился – с усмешкой сказал Эмпедорий, чем немного разрядил обстановку – Здесь была ересь, но такой мы прежде не встречали.

Я не чувствую насилия или агрессии, но все мертвы. Дух смерти здесь желанный, но не он искушал. Он пожирал, а искушали для него. Здесь бродит тень, но я не могу ее познать. Она для меня неуловима во тьме. Это ее мир. Вернемся в лес, и там мы с Аристианом изучим все, что нашли.

– Есть еще кое-что… – хотел рассказать я о том, что видел, но Эмпедорий перебил меня.

– Всему свое время, брат. Ваш дух поколеблен, и посему надо отдохнуть.

Всем возвращаться в лес – приказал Эмпедорий.

Мы вернулись, когда небеса озарились рассветом. Новый день настал для нас, будто бы павших братьев и не было. Их стерли из бытия истории, и только мы теперь хранители тайн и душ о тех, кто жил когда-то в мире вещей. Интересно, а каков мир идей и происходит ли там смена дня и ночи, добра и зла, что вообще там торжествует. Господин выше идей, поэтому ничего о нем мы не знаем. Выполняем его волю, и ради этого готовы на все, даже на месть еретикам, что сотворили такое кощунство.

Ни одна живая тварь не посмеет поднять руку на Отца без возмездия. Мы отдохнем, наберемся сил, и тогда месть наша будет страшна.

– Брат мой, идите в храм завтрашним днем, дабы предать все очистительному пламени. Мы разберемся к этому времени в тайнах смерти наших братьев – сказал мне Аристиан с небольшой дрожью в голосе, будто бы он не спал всю ночь. Глаза выдавали его утомленность. Он смотрел не на меня, а сквозь меня, но пока еще не обессилел, хотя и напоминал марионетку.

Я сказал, что исполню его приказ.

Весь день мы провели в суетливых заботах и благочестивых молитвах, в беседах о благе и чести. Изо дня в день мы укрепляли свою веру такими беседами, порой используя ересь, как соль для раны, но для лучшего чувствования праведного духа в нас. Мы унижали и били плоть, чтобы боль не была для нас тягостна, ибо тело болеет всегда, но здоровый дух не даст ему угаснуть.