Легион

На самом же деле это было обыкновенное облако дыма, которое постоянно висело над Вечным городом, то, что сейчас принято называть «смогом». Дым этот струился из сотен тысяч жаровен и кухонных печей, из труб бесчисленных харчевен, бань, особняков и многоэтажных зданий, инсул, он черными клубами вздымался с жертвенников тысяч храмов и еще большего количества мусорных куч. Губы Клавдия дрогнули и подымал он, что сотни лет тому назад неведомый поэт, возвращаясь к родным пенатам, испытал такую же радость в душе и сказал: «Дым отечества ярче огня чужбины…» Слова, к которым нечего добавить.

У Коллинских ворот они спешились и принялись пробиваться сквозь толпу, запрудившую всю проезжую часть. Возмущенные зеваки подняли крик:

– Эй, центурион, всю ногу отдавил!..

– Так бы тебе кто-нибудь по шее двинул!

– Ты погляди, как он лезет! – возмутился кто-то. – Лучше бы ты на Децебала[32 - Децебал – царь или князь даков, властвовал над дакийскими племенами и своим вторжением в провинцию Мезию вызвал против себя поход Домициана.

(Tac. Agr. 41. Suet. Dom. 6. Oros. 7, 10). Он разбил римского полководца Фукса. Полководец Юлиан хотя и победил храброго противника (Dio. Cass. 67, 10) в новом походе, но другие неудачи, постигшие римлян в этот период времени, принудили Домициана заключить мир с Децебалом и согласиться на уплату ему дани (Dio. Cass. 68, 6), вероятно, в 90 г. от Р. Х. Словарь классических древностей.] так лез!

Метелл резко обернулся, чтобы поглядеть на человека, кинувшего ему этот упрек, но неожиданно его конь жалобно заржал и кинулся в сторону, так как какой-то хулиган сунул ему в ухо клок горящей пакли.

Поспешив за конем, Клавдий ненароком задел высокого рослого мужчину, который, закутавшись в плащ и опустив на глаза капюшон, стоял у стены. Он резко оттолкнул Клавдия, а когда тот обернулся, – замахнулся, чтобы ударить. Метелл схватил его за руку и в то же мгновение почувствовал, как несколько рук схватили его и в бок уперлось острие стилета. Он не сопротивлялся, потому что взглянул в тяжелые серые глаза обидчика, взглянул и выдохнул:

– Ты?

– Отпустите его, – распорядился мужчина и слабо улыбнулся. – Рад видеть тебя, Клавдий.

– Здравствуй…

– Марк, – предупредил тот. – Зови меня просто Марком.

– Не ждал увидеть тебя здесь… Марк.

– Я и сам не думал оказываться здесь, но как видишь…

– Ты кого-то ждешь? Я не мешаю тебе? Тот покачал головой.

– Здесь ждут все. Все ожидают зрелища.