Сатанинская сила

– Какой робкий… – защебетали прочие девицы. – Какой добрый и славный… – нежно лились их голоса, но лица оставались спокойными и бесстрастными, а губы – сомкнутыми и мертвенно-бледными. По лицам их не пробежало ни единой улыбки, несмотря на то, что явственно слышался смех, не одна морщинка не исказила молочно-восковой глади их щек и лбов. Но особенно поражали их глаза – большие, глубокие, темные, в которых, казалось, совершенно, напрочь отсутствовал белок, и глубокий черный зрачок зиял глубоким таинственным омутом.

Нерешительным движением сержант коснулся кобуры.

– Он не доверяет нам… – послышались голоса, – …он боится нас… Не бойся нас, ладо!.. Мы – любим тебя!.. Мы – невесты твои… Мы будем твоими женами… подругами… любимыми…

С каждым движением они приближались, не совершая при этом ни единого шага. Они как бы смыкали круги, переходя одна в другую, суматошной вереницей мелькали перед глазами их обнаженные руки и груди. От этого невероятного перелива Семен остолбенел, голова его закружилась, взгляд рассеялся и помутнел, непрерывно следя за начинающимся танцем.

Лишь какой-то странный далекий шепоток в дальнем уголке мозга быстро и тревожно повторял: «не спи… беги… не спи… не верь… не слушай…"

– Милый ладо… – мягко прошелестела одна из девушек, приблизившись на расстояние вытянутой руки. – Люби меня, желанный…

– Бери нас, нежный, коханый, сладкий, юный наш… – отозвались другие.

– Будь моим, славный мой… – прошептала первая.

И взгляд ее был тяжел, глубок и темен. Завораживающий и манящий, он наливал тело теплом и тяжестью, заставлял мышцы цепенеть и двигаться в каком-то судорожном, настойчивом ритме. От девушки явственно исходило дыхание холода, смешанное с тонкими ароматами тины и водяной гнили. И вдруг сержант понял, что так поразило его во взгляде девушки – у нее не было глаз!

Соболиные брови и бархатные ресницы окаймляли пустые глазницы, на дне которых копошились мерзкие белые черви…

Неожиданно взревел мотор молоковоза.

Машина рванулась с места и, не разбирая дороги, помчалась по поляне, выруливая из лесочка на дорогу. В кабине Семен успел различить искаженное ужасом лицо Ююки, взмахнул было рукой, но тот, не обращая на него внимания, правил дальше. Открытая правая дверца машины тяжело и гулко хлопала.

В следующее мгновение сержант почувствовал, как ледяные руки обхватили его тело, голову, шею, ноги, и потянули, поволокли к омуту.