Земля Одиноких Странников

Но если откровенно, так все эти дробовики и карабины представлялись мне такой жалкой и ненадежной штукой по сравнению с леденящими душу россказнями об этой планете, что мы старались как-то не думать, есть у нас оружие или нет.

Особый интерес на Джей представляет гравитация. Тяготение здесь то выше нормы, то намного ниже, так что первые исследователи возвращались домой с отекшими конечностями. Однако мы все прошли неплохую подготовку, ежедневно по два часа проводим на тренажерах, поэтому нам здесь легче, чем другим.

И тем не менее неприятно каждую минуту ожидать «уикэнд», как мы прозвали периоды особенно длительных перегрузок, или редких, но суровых «качелей», от которых не спасают ни ванны, ни терапия, а лишь мысль о том, что рано или поздно всем пыткам приходит конец. А однажды, в том году, тяготение упало так, что это была практически Луна – хоть летай.

Впрочем, на нашей станции, именуемой Джи-5, – припухлой оладье пятидесятиметрового диаметра – не особенно полетаешь. На ней и повернуться-то непросто, обязательно что-то зацепишь.

Несмотря на то, что планета практически бесперспективна для промышленного освоения, исследования на ней ведутся уже около тридцати лет. Эта сумрачная земля – рай для геологов, которые прочно засели на другом полушарии и с упоением бурят и взрывают ледники и мерзлоту, под толстым слоем которой должны таиться залежи редчайших элементов в чистом виде. Ведутся даже разговоры о постройке на Джей гигантского перерабатывающего комбината, городов и парков под куполами.

Все это в том недалеком будущем, когда перевозка на Джей килограмма груза будет стоит дешевле, чем килограмм золота.

Но в научных и околонаучных кругах Джей чаще называют «физгрядкой» или «дис-огородом», ибо здесь особенно быстро созревают диссертации у физиков-электромагнитчиков, плазмовиков, гравитонщиков и полевиков.

Джей имеет две луны – небольшие, безжизненные и безатмосферные. У них есть какие-то свои обозначения, но мы их перекрестили. Одну прозвали Луной, другую – Мун.

Луна светит помягче, матово, а Мун глазеет дырами кратеров и порой сверкает выбоинами кристаллических пород.

Эти спутники несложно отличить, несмотря на то, что они восходят то справа, то слева, часто повисают рядышком, меняются местами, будто исполняя изысканный менуэт со множеством позиций. А за ними время от времени воспаряет суровое солнце этого мира, голубой гигант с шестизначным индексом, который мы зовем просто Джаэнтом.