Дать Негру

– Эй, служба, – мужчина, казалось, совершенно не беспокоился, что случится с его напитком и с ним самим в ближайшем будущем, а замечание делал просто так, для порядка, – не разбей. А то магазин закрывается, придется у таксистов покупать втридорога. У вас тут почем у таксОв?..

– Она вам сегодня уже не понадобится, гражданин, – с явным удовольствием успокоил его сержант.

– Это почему, собственно. Кстати, сержант, можешь называть меня просто: товарищ лейтенант.

– О! – сержанту стало интересно.

 – Офицер? Какого рода войск? Офицеров давно не брали.

– Морфлот. Мурманск. Подлодка номера и названия, которые тебя не касаются, сержант.

– Ну во-от!.. Вот мы и раскрылись, – удовлетворенно пропел сержант, – грубить, значит, умеем. – Он посмотрел на меня, как бы призывая в свидетели. – А на вид такой мирный был!..

Студент опять стал производить цыплячьи движения головой, готовый клюнуть.

В это время заработала рация.

Приказали подъехать к проходной кирпичного завода, забрать пьяного работника.

Сержант обрадовано скомандовал водителю, куда ехать, и поделился радостью со всем угрюмо приумолкшим салоном:

– Все, ребята, покатались и будет. План – есть! Сейчас последнего заберем – и баиньки!

«Последним» оказалась пьяная женщина, застрявшая ввиду своей грубости в адрес охраны на проходной кирпичного завода. В отместку за оскорбления охрана вызвала милицию. Это была мощная работница мужикообразного вида из породы молотобойцев.

Сержант был весьма недоволен. «У нас нет женского отделения!.. Придется в другой конец города везти!» – кричал он охране. Главное, как я уяснил, пьяная женщина отнимала время, а в план не шла. Но эту подругу все же пришлось забирать – согласно должностной инструкции сержанта. Ее долго запихивали в салон «воронка», она упиралась, материлась и норовила попортить физиономию всем, кто ее обихаживал. Погрузка пошла легче после того как «каратист» ширнул ей куда-то в бок. «Молотобоец» ойкнула, обмякла. Прекратила сопротивляться.

В салоне тетка недобро уставилась на меня: «Это ты меня по почке ударил? Рано успокоился. Это еще не все…» Я посмотрел на ее руки-кувалды и подумал, что мне опять придется резко пригибаться со своим «радиком», будь он неладен. «Радик» тут же отозвался – в пояснице так прострелило, что я зажмурился.