Пляшущий ангел

Или Михаил Николаевич. Так, Дима? – Он хлопнул крестника, который уплетал салат за обе щеки, по плечу.

Крестник ответил что-то нечленораздельное. Честный отче подождал, пока парень доест, и задал ему очередной вопрос: – А невеста у тебя есть? Годков-то уже – как-раз к женитьбе…

– Угу. – Ответил Дима, и снова наполнил рот до отказа.

– А как звать невесту? – спросил Михаил Николаевич, посмеиваясь с парня, который, казалось, наполняет рот салатом ради того, чтобы избегать общения.

Крестник отмахнулся, пробормотав что-то нечленораздельное, чем еще сильнее рассмешил крестного.

Он действительно, избегал общения Михаила Николаевича, когда тот начал разговор о невесте. Эта невеста вела себя как-то совсем не как невеста. Они уже несколько раз встречались, и каждый раз Лена вела себя либо немного надменно, либо немного распущенно.

Последний раз Лена, как и обещала, пришла на свидание. Вначале вела себя сдержанно и культурно. Даже извинилась перед Димой за то, что опоздала. Потом, заметив на лице своего воздыхателя признаки глубокой задумчивости, снисходительно усмехнулась: – Ты некий погруженный в себя.

Тебе надо на спину повесить табличку «Ушел в себя, вернусь не скоро» – чтобы тебя никто не отвлекал от внутреннего диалога.

В тот вечер они сидели в кафе немногим больше двух часов. В течение всего этого времени Дима, желая развеселить Лену, рассказывал ей смешные случаи из своей жизни. Она, слушая его, время от времени, весело посмеивалась. Каждый раз, когда она смеялась, Дима вглядывался в её глаза – пытался понять, действительно ли ей смешно, или она просто играет роль хитроватой симпатяжки с жеманно-кичливыми манерами.

Когда Лена безразлично усмехалась, глядя на него непонимающим взглядом, он напрягался, и лицо его становилось тревожным. Когда она душевно смеялась, и глаза её весело сияли, Дима тоже сиял от радости.

Проводив Лену до дома, Дима пожелал ей спокойной ночи и, не дождавшись ответа, быстро пошагал прочь.

– Опять дурно себя чувствуешь? – крикнула удивлённая Лена ему вслед.

Парень решительно подошел к девушке и, обняв её за талию, прижал к себе.

– Чего ты так странно ведёшь себя? – спросила Лена, смеясь.

Дима поправил ей волосы и крепко поцеловал в губы.

– А так не странно?

– Нет, так не странно. Ладно, Димочка, мне уже пора, уже… – Она посмотрела на свои наручные часики с крошечным циферблатом на двух посеребренных ниточках. – Ой, начало десятого… Давай-давай, лапочка.