Вампирия

Преступление, хоть и не состоялось, но все же преступление! Дело даже не в том, что посторонний человек будет знать о грехе ее сына. Дело в том, что он – также в каких-нибудь личных интересах – может болтануть об этом грешке где не надо или кому не надо… Ведь зло оборачивается злом… Пошатнувшееся душевное здоровье Артема – это уже злой ответ судьбы, но, кто знает, что судьба может приготовить еще?.. Нет, все же нужно было распрощаться с этим помощником доктора и отказаться от его внештатного лечения.

Ведь что бог дал – то и нужно нести. У каждого свой крест!

– Ладно. – Сказала старушка сама себе, закрывая калитку. – Завтра придет – скажем, передумали…

– Не надо, – тут же за ее спиной прогудел сын, протирая заспанные глаза. – Он не узнает. Я скажу, что просто сторожил вместо Якима – и увидел, как эта тварина убивает Алешку.

– Сынок, он будет уточнять – зачем сторожил вместо Якима, почему тогда когда твой друг разворовывал могилу, именно ты сторожил… Понимаешь? Он будет это делать ради терапии, но если кому еще станет известно… Не понимаешь?

– У меня уже все продумано, мама.

 – Ухарь поймал лукавый взгляд матери. – Да, мама! Я же не дурной, а просто психически ненормальный! У меня все продумано. – Уже более спокойно продолжал сын. – Я не скажу ничего такого, чтобы он подумал, что мы были с Алехой подельниками.

7

Яким Васильевич, или кладбищенский старик, как его за глаза звали некоторые жители деревни, вышел из своей сторожки.

Вообще, он делал обход кладбища не более двух раз за ночь: первый – не ранее двух часов, второй – часов в пять утра. Сейчас было чуть за полночь, и старик Яким бы ни за что не заставил себя выйти, если бы не услышал тихий говор.

В густом мраке летней ночи виднелись две фигурки. Одна фигурка была определенно мужской, а вторая – не то мужская, не то женская. И эта женоподобная личность что-то деловито выговаривала той, что повыше ее ростом и помужественнее телосложением… От созерцания этой картины Яким по-ребячески усмехнулся, от чего его стариковское лицо с ввалившимися скулами стало будто лет на десять моложе.

Тщательно вглядевшись в фигурки, кладбищенский старик узнал в одной из них Артема Ухарева – того самого дельца, который на свое горе прошлым летом решил нарушить покой усопших. Второго человека Яким Николаевич не знал.