Доча. История правдивая и невероятная

Сама хозяйка из-за войны и жизни в оккупации так и не закончила среднюю школу, а тут ещё, хоть отец и был на свободе, но стал простым колхозником. Были ещё младшие братья и сёстры, поэтому дальше было не до школы.

В Сибирь она попала в начале 60-х годов, дело в том, что её родственницу посадили за какую-то неблагонадёжность, и она отбывала наказание в Анагарлаге, часто упоминаемом и Солженицыным, и другими летописцами ГУЛАГа. Сам Ангарск начали строить сразу после войны, из небольшого посёлка строителей он довольно быстро превращался в современный, обеспечиваемый по высокому классу категории город.

И хоть строили его изначально преимущественно зэки и пленные немцы, но уже на раннем этапе потянулись сюда энтузиасты и любители приключений со всей страны. Тётя Ананьевны освободилась из какой-то колонии под Ангарском и решила тут же остаться на вольной жизни. Зарплаты в то время в Ангарске были очень высокие, спецобеспечение, так как город был в приоритете, жилплощадь тоже получали довольно быстро, так как город строился сразу целыми кварталами и микрорайонами.

Вот и потянулись сюда со всего Союза: из городов и деревень, новые жители нового города.

Тут и встретились Ананьевна и Дмитрич, он сам тоже деревенский сибиряк из Иркутской области. Его деревня Талькин была затоплена во время строительства Братской ГЭС, вернее, она была выселена, но вода так и не дошла до её домов.

Дмитрич был старше на 4 года, во время войны он успел поработать в колхозе, сперва помощником тракториста, потом даже трактористом, зимой и весной 1945 прибавил себе в документах год, даже попал на военные сборы (всеобуч), проползал всю зиму, а война возьми да и кончилась.

В общем, на фронт он так и не попал.

Да и в целом жизнь складывалась сложно, так как семья Дмитрича числилась под подозрением у советской власти. Считалось, что его родной отец – знаменитый бандит, воевавший в иркутской области в двадцатых годах против советской власти. Да и другие родственники были раскулачены, как считал Дмитрич, несправедливо.

И хоть два родных старших брата отвоевали в войну фактически с первого дня, всё равно тени прошлого преследовали Дмитрича. Своего отца он даже и не помнил, а вполне возможно даже и не видел, так как его могли убить до его рождения. Что же говорить, тяжёлые были времена. Но Дмитрич никогда не роптал, уважал советскую власть и в душе был настоящим коммунистом, хоть никогда не состояли в партии и даже в комсомоле.