Али-баба и тридцать девять плюс один разбойник

– Ты запихал шайтана в этот мешок? – ужаснулась старушка. Из дверей теперь торчал лишь ее нос.

– Нет, мама, нечисть здесь вообще ни при чем! – категорически отверг предположения матери Али-баба. – Помогите мне втащить мешок в дом.

– А-а… – Старушка с сомнением посмотрела на плотно набитый чем-то мешок.

– Да не бойтесь. Клянусь Аллахом, вы останетесь довольны.

– А он… оно… не кусается?

Старушка спустилась с приступка у двери, приблизилась к мешку и осторожно пихнула его ногой. В мешке что-то то ли хрустнуло, то ли шаркнуло.

– Нет, хотя с непривычки вы можете ослепнуть.

– Ай-я-а! – в испуге отшатнулась старая женщина от мешка. – Ты смерти моей хочешь, да? Признавайся, несчастный, что у тебя в мешке?

– Не так громко, – заговорщицки зашипел Али-баба, оглядываясь на внутреннюю калитку. – Лучше помогите!

Он нагнулся и подхватил мешок за углы.

– Ох, бедная я, бедная.

Продолжая причитать, старушка на всякий случай еще раз пихнула ногой мешок и, взявшись за два других угла, резко подняла его.

Али-баба, крякнув, взвалил мешок себе на спину и затанцевал с ним по двору. Мешок оказался неимоверно тяжел даже для его трудовой спины, не чуравшейся любой работы.

– Куда ты идешь? Вправо забирай, вправо, – подсказывала старушка. – Ты что, глаза потерял? Зачем на улицу пошел? Вот дверь! Так! Теперь влево. Влево, я сказала, а не вправо! О Аллах, да что с тобой сегодня такое? Сюда, на меня. На меня, говорю!

– Мама, отстаньте, ради Аллаха, – пропыхтел весь красный от натуги Али-баба, в третий раз пытаясь подняться на невысокий порожек, но увесистый мешок все время тянул его куда-нибудь в сторону.

 – Лучше бы помогли, чем советы давать!

– А я и помогаю! Так, давай, еще, вот! Еще чуть-чуть…

Али-баба зарычал, уперся мешком в деревянный столб небольшой веранды, чтобы поправить его на спине, но столб предательски затрещал и несколько покосился. С крыши на Али-бабу посыпались солома и всякий сор.

– Ай, что ты делаешь? – схватилась за голову мать.

 – Ты же сейчас весь дом разрушишь, о мне!

– Дверь, дверь откройте!

– Ага, сейчас.

Старушка резво подскочила к дверям и поспешно распахнула их перед самым носом сына, которого повело вперед.

– У-ух! – Али-баба, подгоняемый тяжестью мешка, ввалился в комнату, сделал два шага и растянулся на полу. Мешок навалился на него всей своей тяжестью. – Помогите! Мама! – просипел Али-баба. – Я… задыхаюсь.