Именем Федерации!

Нищенка сбежала, но важнее, разумеется, было узнать, что сталось с отцом Ансельмом. Наконец переборов страх, стражники приблизились к распахнутой настежь калитке и осторожно заглянули во двор. В саду ничего не изменилось. Здесь все также светило солнце и росли диковинные деревья. Девушек видно не было, и вокруг царила удивительная тишина.

– Ваше преосвященство, – дрожащим голосом позвал стражник, опасливо озирая дом. – Ва…

Но тут калитка сама собой захлопнулась, больно саданув стражника по носу. Стражник взвыл, схватившись за лицо, опрокинул своего товарища в грязь и припустил прочь от проклятого дома.

Отбежав на приличное расстояние, они укрылись от дождя под сенью полуразрушенного сарая. Первый стражник ощупывал распухший нос и все шмыгал им. Второй то и дело поглядывал вдоль улицы, не появится ли монах, но улица оставалась пустой.

– Что будем делать? – спросил второй стражник.

– Что, что! Откуда я знаю, что! Копье жаль.

– И отца Ансельма, – вздохнул второй.

– Да чтоб он провалился, твой отец Ансельм! Видишь, что вышло? – ответил первый и опять шмыгнул разбитым носом.

– Да уж, – поежился второй то ли от холода, то ли от пожелания собрата. – Скажем-то чего?

– Правду, – буркнул первый в ответ.

– Ты с ума сошел! – Второй стражник прижал к себе копье. – Нам никто не поверит.

– Твоя правда. Тогда скажем… скажем, что ничего не видели и не знаем. Отец Ансельм зашел в дом, мы его прождали весь вечер и…

– И нам отрубят головы, за то, что бросили святого отца в логове самого дьявола.

– Ну-у… – Первый затравленно огляделся и помассировал шею. Расставаться с головой вовсе не хотелось.

– Тогда скажем, что не достучались, отец Ансельм вернулся назад, а нас отослал в казармы.

– А сам-то он куда потом делся? – засомневался второй.

– Нам-то какое до того дело! Его преосвященству виднее, куда.

– Ага, верно говоришь, – кивнул второй.

– Пошли.

Стражники еще немного поколебались, вдруг монах все-таки появится в конце улицы, потом покинули сарай и заспешили прочь.

На улицы пригорода быстро опускалась ночь, а до казарм было далеко.

Глава 2

Отец Ансельм пришел в себя и огляделся широко распахнутыми глазами.

Вокруг не было ничего: ни единого лучика света, ни холода, ни тепла, даже низа и верха – и тех не было. Монах вскрикнул и повел рукой, дернул ногами.