Побег на Альфу Центавра (сборник)

Здесь было удобно ужинать, можно было относительно свободно разговаривать, по крайней мере, не напрягая голосовые связки. Но обслуживать этот столик было не очень удобно, так подумалось мне, когда я рассматривала полупустой сейчас зал ресторана. Мне показалось, что мебели на этой площади была слишком много. Я представила, как выглядит этот зал, когда он заполнен посетителями. Перемещаться между столиками с тяжелыми подносами, наверное, очень непросто. Я высказала свою мысль вслух, на что господин Харрис заметил:

– Официант – не такая уж простая профессия, нужна определенная сноровка, знание системы, умение безукоризненно владеть своим телом, если хотите, эта профессия сродни мастерству жонглера, или фокусника.

– Можно ли из этого заключить, – спросил комиссар, – что вечером, когда работать особенно сложно, в зале работают только опытные официанты?

– Да, если говорить об обслуживании столиков с посетителями, но помимо этого, нужно убирать со столов, следить за тем, чтобы на столах было все необходимое, вовремя устранять последствия разных непредвиденных ситуаций.

В сезон, кроме официантов и работников зала мы набираем восемь-десять помощников. Их задача – быть на подхвате и выполнять все, что говорят работающие в зале постоянные работники. Как правило, в это время у нас подрабатывают студенты, какая-то часть из них относительно постоянно, но, разумеется, всегда есть два-три новеньких.

– Можно нам поговорить с поваром, который готовил чай для господина Элиота и с официантом, который обслуживал его столик?

– С поваром вы можете поговорить прямо сейчас, а Стив, официант, придет минут через двадцать.

– Хорошо, пригласите, пожалуйста, господина Довуа, и где бы нам расположиться, чтобы никому не мешать?

– Пройдите ко мне в кабинет, – Харрис показал рукой на дверь, которую мы заметили в коридорчике, ведущем в кухню, – а Марселя я сейчас позову.

Марсель Довуа представлял собою весьма красочное зрелище, словно повар, сошедший с рекламной открытки. Высокий круглолицый, белый колпак неизвестно как держался на темных курчавых волосах.

Щеки его покрывал яркий румянец, но это, видимо, потому, что он только что отошел от раскаленной плиты.

– Да, я все рассказал уже, что мне еще добавить? – несколько нервно спросил он.

– Мы не задержим вас, – мягко сказал комиссар, – всего один вопрос: вы не заметили, кто взял поднос с чаем для господина Элиота.

– Нет, я в это время был у духовки, а оттуда стол, на котором стоял поднос, не видно.