Не взывая к закону

Старик воспринял жест как согласие, снова разулыбался:

– Когда деньги получать будем?

Томный взгляд Елены уперся в пространство. Она тихо сказала:

– Здесь два ящика. А речь шла о трех.

– Э-э! Совсем грабишь! – возмутился старик. – Мы же виноград не в спортлото выигрываем! Ты так думаешь? Мы его растим, потом поливаем!

– Можете забрать и не пользоваться услугами нашего бюро, – спокойно отозвалась Ситникова. – Желающих много, а склад у меня не резиновый.

– Некогда нам, девушка, стоять за прилавком, – вмешался в беседу второй аксакал.

 – В колхоз возвращаться надо, председатель три дня дал…

Елена словно и не слышала. Молча повернулась, пошла в подсобку. Аксакалы оторопело переглянулись. Старший укоризненно поцокал языком, потом махнул рукой:

– Подожди! Куда пошла? Мы согласны.

Ситникова небрежно бросила через плечо:

– Подходи к окошку, квитанции выпишу.

– Деньги когда получим?

– Завтра в кассе…

Повеселевшие аксакалы получили квитанции и заспешили к выходу.

Когда их согбенные фигуры исчезли за стеклянными дверями, Елена вышла в зал, пошарила взглядом по торговым рядам и, увидев за одним из прилавков хмурого поджарого парня, направилась к нему. Проходя мимо, кинула:

– Зайди.

Тот перепоручил торговлю соседу и вскоре заглянул на склад.

– Что-нибудь есть, да?

– Виноград. Три ящика, – ответила Елена Николаевна.

– Сколько хочешь, Элен? – осведомился парень.

Ситникова ровным голосом назвала сумму.

Парень поморщился:

– Дорого…

– Твое дело, – развела руками Елена.

– Сбавь полсотни, да? – пристально взглянул он, не увидел в глазах Ситниковой ничего, кроме безразличия, и со вздохом полез в карман. – Только ради тебя, Элен…

– Ради себя, Рафик, – усмехнулась она. – Ты не в прогаре…

– Еще продать надо, – вручая тщательно отсчитанные купюры, проворчал парень.

Он ушел, а Елена Николаевна, уединившись в подсобке, не пересчитывая, запихала деньги в чистую банку из-под кильки в томатном соусе и положила ее в ведро с мусором.

После этого сменила табличку «Прием товара» на другую – «Санитарный час». Глянув на себя в зеркальце, она удовлетворенно усмехнулась и пальцем разгладила морщинку возле уголка рта.

Возле желтого козырька телефона-автомата стояли несколько человек с такими озверевшими от жары и рыночной толчеи лицами, что Ситникова не решилась обратиться к ним с просьбой пропустить без очереди.