На тёмной стороне Земли

Представляю их реакцию: Ах, это сенсация! Взгляните, какой витиеватый рог у топотунуса смирнозадуса! О, боже, обратите внимание, коллега, какие мощные у клювокрылуса заднеприводуса роговые челюсти! Жуть! Их бы всех сюда пригласить. На научный симпозиум. Эти охи естественны, когда годами в тихом уютном кабинете в окаменевших костях копаешься. А когда все эти сотни научных экспонатов живыми гроздьями бананов зависли над головой, становятся совершенно по барабану, лишь бы не упали.

Ладно, похоже, устал я. Один только псевдонаучный экспонат Харыч со мной согласен, вон глаза как горят, уже освоился с видом гигантов.

Видно свербит в голове упорная мысль хоть кусочек отщипнуть. Натуральный галчонок-переросток. А между тем, если я не сбился с подсчёта, мы прошли уже тысячу шагов, а зал всё не кончается. Движемся по кругу?

– Отдохнём? – поинтересовался я у напарника.

– Давно пора, – с облегчением согласился он, присев у стены.

Я присел рядом, с удовольствием массируя натруженные икры. Процокав когтями, Харыч остановился в метре от нас.

Сурово взглянув с высоты своего полутораметрового роста, презрительно курлыкнул, гордо вытянул шею и побрёл между тушами в глубину зала, деловито разглядывая животных по сторонам. Я невольно улыбнулся вслед – а птичка любознательная попалась, видно решил не ждать гида, а как типичный завсегдатай музеев самостоятельно изучить местные достопримечательности.

– Махс, а что с этой вещью делать будем? – Тро показал зажатый в ладони парализатор, с торчащими между пальцев тонкими усиками.

– А ты молодец, я думал, ты его давно выкинул! – искренне удивился я.

Надо же, вот кто настоящий Плюшкин, я уже и думать забыл, а он тащит его с собой всю дорогу. Кстати, надо бы нам сумками разжиться, а то руки постоянно заняты. Хотя в этом есть и минус – наша маскировка пострадает.

Тро оскалил зубы в польщённой улыбке:

– Когда я проходил мимо тогота, заметил на теле сразу несколько таких клещей. Я ещё подумал, а ведь это может и нам пригодиться. Если конечно выберемся отсюда, – добавил он, потемнев кожей.

Задумчиво поковыряв укусы муравьёв, повернулся и тихо спросил:

– Послушай, Махс, а ты ведь часто попадал в такие переделки и раньше?

– С чего ты взял?

– Да так, подумал немного. Ты уверенно пользуешься этим убийственным инструментом, а внутри запутанных пещер ориентируешься так, словно всю жизнь здесь прожил, твоя речь и поведение совершенно не похожи на Диких, хотя внешне ты один из них. Я прав?

Я призадумался.