Проводник

Так что пока отдыхай. Связь как обычно, – голос отдалился и умолк.

– До вечера, Алекс, – запоздало откликнулся Макс.

Кряхтя и вполголоса проклиная старость попеременно на двух языках, с трудом приподнялся на ноги и огляделся. Желудок настойчиво требовал поесть. Вторя старшему собрату, тоскливо пробурчали кишки.

– О-хо-хо, грехи мои тяжкие. Вот куда тут можно податься позавтракать бедному американскому бомжу в ранний час?

Прислушавшись к себе, обречённо махнул рукой. Никакой помощи. В отличие от бабульки божий одуванчик, предыдущий хозяин тела упорно молчал.

Наконец после долгих терзаний откуда-то из тёмных глубин подкорки прорвался мудрый совет побыстрее напиться в хлам, укрыться картоном и завалиться спать в какую-нибудь дыру потеплее. И ничего другого этот долбанный мир не стоит.

– Ну спасибо тебе, папаша, – фыркнул Макс. – Вот уж чего-чего, а нажраться я всегда успею.

Плотоядно поглядывая на шмыгающих под ногами раскормленных голубей, неспешно побрёл по аллее. Какая всё-таки хорошая эта птичка.

Маленькая, жирненькая, вкусненькая. Шею свернуть в два счёта, ощипать и сварить вечерком под мостом…

– Да, тьфу ты, чёрт, – с трудом подавил накатившую тошноту.

Однако старый хрыч тот ещё гурман. Похоже и городской дичью не брезговал. Хотя, правильно говорят, не суди, да не судим будешь. Как бы и взаправду до этого дело скоро не дошло. С голодухи.… Нет уж, птички разве что в качестве крайней меры.

Очередной поворот вывел к широкому перекрёстку. Сухонький морщинистый старичок азиатского вида безуспешно пытался пристроить над ящиком на колёсах огромный неповоротливый зонт.

– Помочь? – остановился Макс.

– Ну помоги, – раздражённо зыркнул из-под седых бровей старик.

Сдавшись под напором четырёх рук, рассохшийся бамбуковый шест с глухим щелчком вошёл в гнездо. Что-то сердито бормоча под нос, старичок с трудом расправил зонт и повернулся.

– Благодарю.

– Не стоит, – отмахнулся Макс. – А есть тут где-нибудь поблизости приют для бездомных?

– Не знаю, – пожал плечами старик.

 – Постой-постой, – подслеповато прищурился. – Неужто сам старина Билли очнулся?

– Что, простите?

– Да, Билли, – пристально вглядываясь, продолжил старик. – Странно. Я тебя сразу и не узнал… Ты так изменился, – неопределённо повёл рукой. – Будто бы даже помолодел. И трезвый… Молодец.

– Да вот, – пожал плечами Макс. – С понедельника пить бросил. Хочу начать новую жизнь.

– Это правильно, – горячо поддержал старик. – Начать никогда не поздно.