Виток эволюции

Ладно, будем посмотреть, что там у нас с текстурами…

Задумчиво поглядывая по сторонам, побрёл к крепости.

Кронверкская набережная едва угадывалась в гуще молодого ивняка и осинника. Вполголоса чертыхаясь и стараясь отделаться от чувства абсолютной реальности происходящего, Макс с трудом пробрался через буйные заросли. Спугнув пригревшихся на солнышке крошечных утят, выскочил на широкую песчаную отмель.

– Э-м-м… Прошу прощенья, – запоздало пробормотал вслед возмущённо крякающей мамаше, торопливо уводящей подальше испуганный выводок.

Макс подобрал корявый сучок и наугад потыкал вязкое дно. Нащупав твердь, отбросил палку и без колебаний шагнул в воду. Распугивая стайки шустрых мальков, направился к противоположному берегу.

Рыбацкий глаз не подвёл. Как и ожидал, воды оказалось едва по грудь.

– Да, что-то мелковат. Прямо скажем, так себе канальчик…

Цепляясь за сочные стебли рогоза, Макс выбрался на берег и сходу направился к замшелой стене, подспудно отметив первое расхождение.

Да. Точно. Заросшая набережная есть, канал, пусть плохонький, тоже есть, уточки есть, а вот памятного деревянного моста как не было. Даже остатков свай. Непорядок.

На всякий случай оглянулся, в надежде, что мозг спохватится и незаметно скорректирует досадную ошибку, нарисует мост, как будто всё так и было.

– А ну-ка, але оп! Мостик явись!

Вопреки тайной надежде, настырная картинка даже и не думала меняться. Разве что чуть посветлела взбаламученная глиняная взвесь.

– Ну и ладно…

Едва угадываемая арка Никольских ворот сиротливо возвышалась над верхушками молодых осинок.

С трудом протиснувшись среди колючего частокола тонких стволов, Макс быстро проскочил густую тень арки и выскочил на Соборную площадь. Остановился и придирчиво огляделся.

– Ну хоть что-то на месте.

Да, пусть вокруг кучи мусора и заросли, но планировка осталась такой, какой видел её последний раз. Когда дядя Гриша, ещё живой, показывал город. Как же здорово тогда было. Кстати, да, насчёт города…

Макс поднял взгляд и придирчиво пробежался по фасаду собора.

Вроде всё на месте. Часы, шпиль, даже ангелочек. Разве что здорово потемнел, как будто закрасили серой краской. Всё, как и положено быть в мрачных душных снах. Или в коме… Или нет?

– Ну, вот он наверно, и есть момент истины.

Тяжело вздохнув, Макс направился к входу. Мельком отметив уже привычный беспорядок, быстро свернул к лестнице и зашагал наверх по стёртым пыльным ступеням.