Воля богов! Повесть о Троянской войне

У неё не было такого дара предвидения, как у олимпийских богов, но женская интуиция и чувства матери подсказывали ей, что над её сыном нависла какая-то опасность. Обернувшись дельфином, она несколько раз проплыла мимо идущего из Спарты корабля, пытаясь понять, что в нём её беспокоит, но, так и не поняв, уплыла.

Афродита смотрела с носа корабля вперёд взглядом полным радости и злорадства. Афина у себя во дворце, что-то напевая, надраивала доспехи. Гера ехидно глядела с Олимпа на корабль, и коварная улыбка блуждала по её лицу.

Все три богини были довольны и радовались – каждая чему-то своему.

Гермес выключил ясновизор и сказал, усмехаясь:

– Я только одно не понимаю. Скажи мне, Афродита, в чём провинился твой протеже, что ты ему подсунула эту… Елену.

Афродита обиженно надула губы:

– А что такое? Разве она не красивая?

– Красивая. Как горящий город. Она могла бы составить счастье десятку диких циклопов. Но не будет ли этого счастья слишком много для одного скромного юноши? Может, Парису стоило бы дать награду, скажем так, попроще?

– Богини не мелочатся, когда награждают, – сердито нахмурившись, ответила Афродита.

 – И вообще ты ничего в этом не понимаешь: всякие грубияны, вроде тебя, любят скромниц, а застенчивым юношам, как Парис, только такие, как Елена, и нужны.

Гермес рассмеялся, подсел к Афродите и бесцеремонно прижал её к себе:

– А ведь ты не права: я в этом понимаю не меньше, чем этот мужлан Арес. И вовсе не только скромницы мне нравятся.

Такие, как ты, для меня самое то.

– Но-но! – возмутилась Афродита, не очень настойчиво отстраняя локтем нахального бога. – Насмотрелся тут постельных сцен!

– Это всё пустяки. Что эти двое понимают в истинных чувствах! Самая главная постельная сцена только впереди.

– Какие ещё истинные чувства?! Ты беспринципное чудовище, Гермес!

– Разве это плохо? Все войны от принципиальности. Только беспринципные люди могут договориться о мире.

– Ты отвратителен! Представляю, каких уродов я от тебя нарожаю!

– Фросенька, я тебя умоляю! Ну почему же обязательно уродов? Родится очаровательный мальчик, назовём его в честь нас Гермафродитом.

Богиня не нашла что возразить. Да она и не искала.

Диоскуры

Кастор и Полидевк проснулись поздно и обнаружили, что дворец опустел: троянские гости уплыли, прихватив с собой Елену. Подробности братьям рассказал Эрот – единственный из гостей, оставшийся в Спарте.