Андруша

На кличку молодой человек не обижался, ведь друзья всегда сокращали ее до «Че», и те, кто не был в теме, были уверены, что заслужил он ее своим революционным нравом.

Спустя некоторое время Ярикова обида на несговорчивого предка девушки пропала. А как не пропасть? С протрезвевшей Ульяной он стал встречаться, что обернулось свадьбой. Там в один из кульминационных моментов отец Ярослава выиграл аукцион за первый кусок свадебного торта. И послал жену в гардероб ресторана за кошельком, который гнездился в кармане ее лисьего полушубка.

Несколько минут распаленная женщина снова и снова запускала руки в уже проверенные пустые карманы, как поступал Андруша, когда то и дело открывал пустой холодильник в надежде, что с прошлого раза там что-то все-таки появилось. Узнав о краже, гости первым делом обрадовались, что наконец-то на свадьбе произошло что-то интересное. А потом началась паника. Все принялись с энтузиазмом искать вора, и каждый считал своим долгом приложить максимум усилий в расследовании, чтобы отвести от себя подозрения.

Полицию решили не вызывать: кошелек кошельком, но сохранить светлые воспоминания о свадьбе дороже.

У родителей Ульяны первых пропало искусственно хорошее настроение, и они уехали домой. Пока оставшиеся суетились, нарочито бегая по гардеробу, холлу и танцполу в поисках пропажи, Ярослав разузнал, что в ресторане установлены камеры наблюдения, и уже сидел в комнате охраны. Спустя несколько минут вокруг компьютера скопились гости и, схватившись за головы, смотрели запись, как из лисьего меха выуживает кошелек проворная рука отца невесты.

Сторона жениха собралась было пуститься за тестем вдогонку, пока тепленький, но Ярослав, вспомнив о своем с ним знакомстве, предложил успокоиться и отложить возмездие на завтра. По итогу родственники четы просто перестали общаться.

У Ярика и Ульяны тема кражи стала запретной, но заочные трения семейств постепенно наполнили дом положительно заряженными отрицательными частицами.

И однажды ночью Че заметил, что изменил с супругой себе. Они благополучно развелись, успев родить Никиту, который остался жить с мамой Улей. Таким образом, пятилетний крестник никак не сплачивал Андрушу с Челюстями.

– Совсем глухой стал? – поприветствовал приятеля Ярик.

– А кто это? – пытаясь проморгаться от попавшей в глаз снежинки, вглядывался в приближающее пятно Андруша.