Андруша

Он свернулся калачиком и затих – ждать полдника в оцепенении. Даже когда обеденный компот подошел к точке невозврата, Андруша не решился попроситься в туалет.

Тыча мокрушника в пятно, воспитательница отчитала его с громкостью, будто он совершил убийство. Возможно, именно после того случая Андруша не мог воспринимать женский крик: все слова на повышенном тоне сливались для него в нечленораздельный лай.

Парень докуривал, глядя на себя пятилетнего около садика: мститель в шортиках и колготках подбирался к черному ходу с кипой газет, потом запихивал их под дверь, поджигал и прятался за павильон.

Пепел в коридоре, смеющийся завхоз, веник, ремень… Вереница колючих образов пенопластом заскребла по стеклу воспоминаний, и Андрушу передернуло. Он уже собрался выбросить окурок и идти, как откуда-то сзади раздался старческий скрип:

– Мужчина, а что это вы высматриваете в учреждении, где находятся маленькие дети? «Ээээ… что?!… дура…» – Андруша заперебирал вариантами адекватного ответа бдительной бабушке-кареглазке, но почему-то принялся оправдываться:

– Я к другу на утренник.

В смысле, к ребенку… К сыну друга… – он понял, что ведет себя, как завравшийся педофил, и в доказательство невиновности уверенно шагнул в калитку, ко входу.

Детский сад с порога подарил Андруше букет из запахов краски, столовой и хвои. На звуки пианино молодой человек последовал в зал. Он Годзиллой ступал меж крошечных стульев, столов, людей и машин, которые с непривычки виделись еще меньше.

Хищным взглядом гигантского ящера Андруша заметил на расписной стене коридора сосновую ветку с дождиком. Тут же оторвал от нее пару иголок и воровато отправил себе в рот пожевать, чтобы дети не сразу догадались, чем дядя занимался вчера вечером.

Слава богу, представление уже началось. Андруша отыскал Ярика с бывшей женой Ульяной и протиснулся к ним сквозь ряды родителей. Склонив голову, он увидел резинку красных трусов, которые сидящая на корточках дородная брюнетка для верности натянула почти до лопаток.

Она опрашивала чьего-то сынишку на предмет имени, происхождения его костюма и отношения к Новому году. На засыпку любопытная дама справилась о возрасте мальчика.

– Четыле, – виновато сознался ребенок.

– Ого, какой большой! Защитник! – потребительски констатировала женщина, видящая в мальчиках не будущих президентов, бизнесменов или звезд, кем они действительно хотели бы стать, а прежде всего защитников ее и других теть.