Закат над Квантуном

Приезжайте немедленно в «Юго-восточные номера» и прихватите с собой городового… Нет, ничего страшного не случилось. Необходимо этапировать владельца гостиницы в арестный дом… На месте объясню. Жду!

«Хряк» затоптался на месте, покрылся испаринами.

– Не отдавайте меня под арест! Богом прошу! – взмолился он. – Всё расскажу! Как есть расскажу!.. Да, это я позвонил постояльцу, предупредил о вас…

– Таак! – нахмурился Горский, но в душе обрадовался, что удалось-таки раскусить подлеца. – Чем же я себя выдал?

– Вы мне сразу показались подозрительными… Сразу видно, что вы, пардон, в этом деле не опытны…

– Это в каком же? – не понял титулярный советник.

– В селадоническом.

– Гм…

– При этом без кольца обручального. А зачем неженатому у нас комнату нанимать? Положительно нет резону. Вот и определил я, что вы за супругой взялись следить, или по заданию чьему-нибудь. Малец-рассыльный меня тогда предупредил, что господин его велел сразу дать знать, коли кто подозрительный в гостинице объявится.

Говорит, шеф его с замужней барыней хороводится, боится, что благоверный ее прознает да полицию натравит…

– Ловко придумано! – оценил Горский. – На какой номер телефона вы ему звонили и с кем говорили?

– Вот номер… – владелец гостиницы протянул смятую бумажку, которую вытащил из кармана широченных брюк. На ней карандашом был выведен четырехзначный номер.

– Кто взял трубку?

– Тот самый малец.

– Гм… А как представился?

– Так я первый представился… Он так велел.

– А что еще он велел?? – обозлился судебный следователь.

– Молчать велел…

Полицейский надзиратель Васильев прибыл быстро и тотчас попытался вникнуть в суть дела. Это у него не получилось, потому что Горский ограничился жалобой на заселение в номера без документов. Степан Ильич на это облегченно вздохнул, но владельца гостиницы отчитал. Верно, подобные попустительства встречаются сплошь и рядом. Предложил на первый раз ограничиться устным замечанием и денежным штрафом.

Горский был не против, потому как все необходимые сведения «Хряк» ему уже сообщил. Хотя правильнее было бы сказать: не смог утаить.

На том и порешили.

На Батумской Антона Федоровича ждал Ким. Судебный следователь помог даме залезть в рикшу, затем запрыгнул сам и назвал помощнику адрес «Империала».

Ехали молча. Холодный ветер со снегом пронизывал насквозь. Чтобы как-то согреться, Горский и Страшкевич, не сговариваясь, прижались друг к другу.