Период полураспада. В ядерном аду

Вот это натуральный урод. Не в смысле внешности – как раз лично его никто из правильных бредунов не видел – он любит оставаться в тени. А в смысле поступков – именно его ребята разграбили торговый караван «Дорожников». Те, правда, тоже виноваты – очень уж расслабились, окончательно крутыми себя вообразили, бдительность потеряли. Говорят, что он любит жечь людей живьем. Ну и последним, но не по значимости, идет Бритва. У него самая крупная шайка, вполне уже способная на равных потягаться с любым старым кланом. Почти пятьсот человек – и ряды только пополняются.

И, кстати, не так давно выяснилось – я знал этого Бритву до Войны. Знал много лет. Только тогда он был Борькой Гуриным, аспирантом в моем вузе. Да, вот так общаешься с человеком и не знаешь, каким он станет в отсутствие цивилизованного общества.

– А как вы его узнали? – заинтересовался Пашка.

– Увидел случайно, – усмехнулся Нахамсон. – Они в наш лагерь пару месяцев назад приезжали – вербовали сторонников. Боря меня тоже узнал. Звал к себе, сулил горы золотые.

Я даже погостил у него неделю – мой-то главарь и пикнуть не посмел против моего отъезда. За Бритвой сила… Да… Только не понравилось мне там! Хотя живет он довольно богато – у него под Рязанью целый город!

– Что же вам не понравилось? – продолжил допытываться Пашка.

– Да грязно там как-то! – пожал плечами дядя Толя. – И в прямом, и в переносном смысле. Лагерь хоть и большой, но жутко неухоженный. Отбросы и экскременты прямо на улицах. Вонища! И люди… У него же всякое отребье собирается – и «дикие», и изгнанники.

А за что из кланов изгоняют, ты ведь знаешь?

Пашка кивнул. Чтобы бредуна выперли из родного клана – он должен был сотворить нечто… омерзительное. За подозрение в крысятничестве, например.

– Да, люди… – вздохнул Нахамсон. – К примеру, телохранители Бритвы – сладкая парочка, клички Марс и Сникерс. Это так до Войны шоколадные батончики назывались, – пояснил дядя Толя не понявшему этой шутки Павлу. – Так вот, они гомосексуалисты.

Как начнут прилюдно целоваться… Тьфу, гадость!

Пашка тоже брезгливо сплюнул.

– И таких, с позволения сказать, людей у Бритвы – каждый второй. Ну, в смысле, не голубой, а с какими-то мерзкими наклонностями. Вот потому я оттуда и ушел. Вернулся в родную шайку. То-то босс радовался! – хмуро скривился старик.

– Ладно, дядя Толя, с людьми все понятно. А как у них обстоят дела с техникой и вооружением? – Паша решительно повернул разговор в конструктивное русло.