Период полураспада. В ядерном аду

Да торчал за небольшой барной стойкой высокий худой мужичок неопределенного возраста с огромными ушами, напоминающими крылья летучей мыши. Бредуны с энтузиазмом уплетали нечто аппетитное с больших тарелок (аромат жаркого доносился даже до противоположного конца зала), а бармен меланхолично протирал стакан. Однако, увидев вошедших, бармен мгновенно напрягся. Его уши, казалось, оттопырились еще больше, а глаза напряженно вперились в лица гостей.

«Что это с ним?» – мельком подумал Паша.

Пашка с Юрием неторопливо выбрали столик в «тени» раскидистого рододендрона.

К удивлению Скорострела, стол был покрыт чистой (!) белой скатертью, украшенной вышивкой с простым рисунком – петухи, олени (или это такие худые коровы?), лошади. Заинтересовавшись, Паша поднес край скатерти с вышивкой поближе к глазам.

– Танюшкина работа, – пояснил Юра, увидев интерес своего знакомого.

– Кого? – переспросил Скорострел.

– Танюшка, говорю, вышивала! – с какой-то теплотой в голосе повторил Вратарь. – Есть тут девчонка одна, она у Бритвы… Эх, об этом лучше не сейчас…

Не успели они сесть, как к ним подошла дородная тетка средних лет со следами былой красоты на лице, одетая в чистое новое серое платье и белый передничек с кружавчиками.

– Что будете заказывать, господа? – прогудела тетка низким голосом, радушно улыбаясь. – Привет, Вратарь, давненько не виделись!

– Привет, Петровна, привет! – добродушно ответил Юрий. – Давай-ка тащи весь сегодняшний улов! Мы гуляем!

– Поняла! – подмигнула Пашке Петровна и, плавно развернувшись, двинулась на кухню, получив в качестве «предварительной ласки» шлепок по обширной заднице от Вратаря.

Дежурно-заученно взвизгнув, дама ускорила ход.

– Слушай, Вратарь, а что это бармен так на меня вылупился? – спросил Паша, мельком бросив взгляд на лопоухого мужика за стойкой. Тот, делая вид, что протирает столешницу, буквально сверлил глазами Скорострела.

– Это Суслик, что ли? А, забей! – лениво отмахнулся Вратарь. – Этот мелкий гаденыш так встречает всех новичков.

Он явно до того, как сюда попал, косяков напорол. Вот и считает, что каждый появившийся в поле зрения новичок приехал сюда, чтобы отомстить. Я не удивлюсь, если однажды кто-нибудь из вновь прибывших действительно проделает в нем пару лишних дырок.

– Он опасен? – уточнил Паша.

– Суслик, сука, личность… – усмехнувшись, непонятно сказал Вратарь, но сразу посерьезнел и, задумчиво почесав небритый подбородок, ответил: – Пожалуй, нет… Не опасен.