Русские не сдаются!

В общем, вместо планового выздоровления подвергаюсь все большим истязаниям! – И закончил внезапно упавшим тоном: – Володя погиб во время нападения этих тварей на госпиталь. В палату гранату кинули, он ее собой накрыл!

Я заскрипел зубами от дикой, подкатившей к горлу злости. Суки!!! Мой счет к топчущим мою землю двуногим нелюдям вырос сегодня еще на несколько пунктов. Пора бы уже начать его сокращать, но… блин… в моем нынешнем состоянии… Обидно, черт, как обидно! Другие воюют, бьют этих гадов, а я лежу тут как бревнышко!

Парни, услышав страшную новость, разом погрустнели.

Мишка даже отвернулся, чтобы мы не видели, как он смахивает слезы.

– А у вас как? – спросил я, чтобы хоть немного отвлечь ребят от переживаний. Вот молодец! Сначала огорошил, а теперь отвлекаю! – Как устроились, что дальше делать будете?

– Мы пока при штабе корпуса… на довольствие встали! Вроде того, – пожал плечами Макс. – В смысле, накормили нас в командирской столовой, в бане помыли, обмундирование и белье выдали.

На ночь обещали в казарме комендантского взвода пристроить.

– А завтра хотят нас в Житомир отправить! – обиженно шмыгнул носом Мишка. – Хотя мы просились!.. Оружие отобрали!

– Ну, так, может быть, даже к лучшему! Для вас боевые действия на данном этапе закончились! – Не говорить же этим «комсомольцам-добровольцам», что ничего для них еще не закончилось, страшная война продлится еще четыре года и короткая отсрочка до призыва в ряды действующей армии продлится всего ничего – несколько месяцев.

– Ага, и вы здесь! – раздался от полога тихий усталый голос Альбикова. Выглядел сержант препогано – под красными глазами залегли черные тени, щеки впали, нос заострился. За прошедшие с нашей последней встречи несколько часов Хуршед словно в концлагере побывал. Неужели на него так подействовала смерть командира? – Это хорошо, что вы все вместе собрались! На вот, Игорь, держи свой трофей!

С этими словами сержант протянул мне «парабеллум».

Тот самый, что я снял с покойного пана старосты в Татариновке. И с которым накануне погиб Володя Петров. Я молча принял пистолет и машинально погладил свежую царапину на стволе. След от осколка гранаты…

– Не беспокойся – пистолет не пострадал, мы проверили, – тихо сказал Альбиков и зачем-то отвернулся.