Время, вперед! Гвардия будущего (сборник)

Сидевший за рулем Гарик изображал старшину-водителя. Я проходил как старший политрук, репортер «Известий», Мишка числился фотографом той же газеты, младшим политруком. А Мария оказалась артисткой Театра имени Вахтангова, едущей в войска с концертом. Километров через десять мы миновали еще один пост и свернули с шоссе направо, на проселочную дорогу. Вот здесь и начался кошмар.

– Это не дорога, это просто направление! – бормотал сквозь зубы Гарик, вцепившись в руль. Только присутствие Марии удерживало его от более крепких выражений.

Мы с черепашьей скоростью тащились по глубоким, залитым жидкой грязью ямам. Если бы не полный привод и постоянно включенная вторая пониженная передача, то машина уже увязла бы по самую крышу. Проехать здесь можно было разве что на танке.

Мощнейший, трехсотсильный дизель с трудом вытащил «Росинанта» на очередной пригорок, и Гарик выключил зажигание.

– Перегрев, – объяснил нам Игорь, словно мы сами не видели горевшую на приборной панели красную лампочку, – даже электровентилятор не справляется!

– Да у нас на каждом колесе по тонне глины, – сказал я, выглянув в окно, – удивительно, что мы вообще еще едем, тут бы даже танк застрял.

Сколько мы уже прошли?

– Километров десять, не больше, – взглянув на одометр, ответил Горыныч. – А время – полдень, если так дальше пойдет, то до места мы доберемся только завтра. А ведь нам еще назад возвращаться!

Мишка с задумчивым видом сканировал треки на МР3-плеере. Остановившись наконец на песне «Рамштайна», Бэдмен закурил и сказал:

– А может, назад вернемся, пока не поздно?

– Миша, сейчас до цели меньше, чем назад, – сказала Мария, отрешенно глядя через толстое бронестекло на размокшие поля.

Девушку мучила скука. Плетемся и плетемся по грязи. Не так она себе представляла рейд по прифронтовой полосе осенью сорок первого. Но судьба не позволила Машеньке окончательно впасть в апатию. – А что это там летит?

Я машинально взглянул в указанном Марией направлении, и тут же расслабленность как ветром сдуло.

– А это, радость моя, называется «Мессершмитт-109». И хорошо, если он просто на разведке, а вот если он на свободной охоте… То вполне может и бомбу сбросить, а увернуться в этом болоте мы не сможем!

– У нас же броневик! – ляпнула Мария. Ребята негромко рассмеялись, неотрывно глядя на приближающийся самолет. – А вдруг он нас не заметит?

– Да хрена с два он нас не заметит! Мы тут торчим, как гнойный прыщ на заднице! – Гарик перестал стесняться в выражениях.