Морские рассказы. Жизнь судового механика. Избранное

Ну, если пришли, то пусть тогда заходят, – и, немного отступив вглубь каюты, пропустил их.

Иван Степанович был невысокого роста. Если у меня было метр 70, то он был на полголовы ниже меня. Маленький, кругленький, толстенький, лысенький, как шарик. Он «катался» по машине, и всё знал про неё, родимую. До малейшего винтика. На любой вопрос, с каким бы я не обращался к нему, он всегда давал исчерпывающие, обстоятельные ответы. Машину он знал досконально.

Своим особенным взглядом механика, которым определяют готовность механизмов к работе, он окинул девчонок:

– Ну, и что это вы, девушки? Хотите поработать что ли? Или по какому другому вопросу прибыли к нам?

Самая бойкая из них, брюнетка, пылко начала:

– Вы знаете, мы студентки кораблестроительного факультета политехнического института, который находится во Владивостоке.

У нас сейчас началась практика.

Иван Степанович внимательно, не перебивая брюнетку, смотрел на девчонок, но когда заметил мою любопытную физиономию, всё ещё торчащую в проёме двери, то скомандовал:

– Лёха, ну-ка, исчезни! – а потом уже вежливо продолжал девчонкам.

 – А вы, девушки, проходите, садитесь. Сейчас мы с вами побеседуем, и решим все ваши вопросы. Я вышел, а девчонки, пройдя в каюту, уселись на указанный им диванчик. Каюта второго механика тоже была не ахти, какая огромная. Но, все равно, там можно было хоть спокойно разойтись трем человекам. Я вышел в коридор, но из любопытства, остался стоять около двери.

По морской традиции моряки двери в каюту никогда не закрывают.

Ни в море, ни на стоянке, если они находятся на судне. Это потом уже стали закрываться двери, когда появились пираты, а в портах воры. А тогда, в те спокойные Советские времена, двери в каютах вообще ни у кого не закрывались.

Проснулся – дверь открыл, значит, можно заходить. Если дверь закрыта – значит, спишь или на берегу – не заходи. Дверь в каюте Иван Степановича оставалась открытой. Поэтому я сделал вид, что вышел, но сам остался около двери, чтобы послушать процесс развития дальнейших событий.

Одна из них – по голосу брюнетка, продолжила свой рассказ:

– У нас сейчас началась практика.

– Ну, и что же это за практика такая для девушек? – послышался вкрадчивый голосок Ивана Степановича. Как будто это кот мурлыкал после съеденной сметаны. – А бумаги об этой практике у вас есть?

– Да вот они, – послышался шорох разворачиваемых листов бумаги. – Практика у нас на целый месяц, – продолжала брюнетка.