Сумеречные тени. Книга I

Стоило лентам воды лечь на больную руку, они шли рябью, становясь молочно-белыми.

– Сирис, всё хотел тебя спросить, – Эмиль осторожно согнул и разогнул пальцы правой руки, – ты всё время поишь меня свежей кровью, но у нас ведь нет морозильника, как ты её хранишь?

Пришлось провести маленькую демонстрацию возможностей новой упаковки, вкратце рассказав, как работает наше заклинание.

– И вот это сохраняет внутри себя всё свежим? – спросил вампир, разглядывая лежащее у него на ладони нечто, напоминающее сдувшийся мыльный пузырь.

– Внутри него создаётся низкая температура, как в морозильной камере, парочка хитростей с магией жизни, плюс он перекрывает приток бактерий извне. Мы это придумали больше для врачевателей и транспортировки быстро портящихся вещей.

– Мы – это кто?

– Я, Генея и Ральф.

– Генея и Ральф?

– Кто-то вроде моих коллег, – усмехнулся я, – А почему тебя это удивляет?

– Просто мне казалось, что ты всегда работаешь один, – почему-то смутился мой ученик.

Тут его взгляд упал на стол, и он не донёс стакан до рта.

– А это что? – спросил он, указывая на собранные мною вещи.

– Это? Это для Северной башни. Сказал же, что неподготовленным не пойду.

– А с игрушками, значит, можно, – пробормотал в кружку вампир.

«Ничего, скоро он оценит всю прелесть этих "игрушек"», – усмехнулся я про себя.

– Кстати, зачем ты ходил за водой? В прошлый раз она у тебя сама в руках появилась.

– Не появилась, а сконденсировалась, – поправил я парня, – это намного сложнее, чем просто взять и принести.

– Понятно, – повертел в руках кружку мой ученик, – кстати, когда идём?

– Куда?

– В северную башню, конечно! – поднялся с постели вампир.

– Ты с ума сошёл? – с удивлением посмотрел я на него, – туда и здоровому соваться опасно, а тебе и подавно.

– Но я почти здоров! – возразил мне вампир.

– Вот это «почти здоров» перерастёт в «почти мёртв», – мрачно пообещал я.

– Сегодня никуда не высовываемся ,– добавил я непреклонным тоном, ещё и нахмурившись для полной убедительности.

Мне было пытались перечить, но я пригрозил до конца расследования запереть его в комнате, приставив стража, если он не утихомирится.

Немного поныв про то, что я чересчур уж его опекаю, Эмиль всё-таки сдался и с деланным недовольством попросил показать хоть что-то интересное, иначе, с его слов, он рисковал помереть со скуки.