Сумеречные тени. Книга I

Я бы даже сказал, что он становится беспомощнее слепого котёнка. Во-первых, превращение крайне болезненно, во-вторых, почти вся энергия человека уходит на это перерождение, многие тратят всё и умирают или становятся существами, пытающимися сожрать всё, что дышит.

– Сразу становятся, – успокоил я побелевшего вампира, – в молодых людях больше силы и воли к жизни, поэтому чаще всего нелюдями становятся до тридцати-сорока. После перерождения вампиры или оборотни слабы и среди нас есть правило, что если уж ты обратил кого-то, то должен заботиться о нём, пока тот не сможет жить самостоятельно.

Я замолчал, наблюдая за Эмилем. Сначала тот выглядел рассерженным, что я посмеялся над ним, но теперь его взгляд стал сосредоточенным.

– И сколько времени требуется, чтобы начать жить самостоятельно?

–У всех по-разному, но, в среднем, оборотням нужно два-три года, вампирам три-четыре. Но точнее вряд ли скажу, тут всё индивидуально.

–А сколько времени потребовалось Вам? – спросил Эмиль, немного испугавшись своей смелости, но с интересом глядя на меня.

– Мне? Мне потребовалось пять лет.

Глаза вампира расширились от удивления.

– Но Вы же сказали, что вампирам требуется три-четыре года!

– А с чего ты решил, что я вампир? – спросил я полуприкрыв глаза.

– Так оборотням и вовсе требуется два-три года… – терялся в догадках парень.

– Я и не то, и не другое, точнее, и то, и другое. Я вульфрикс или вампирооборотень.

– Как это? – не понял Эмиль.

– Ну-у, чтобы из человека получился оборотень, его должен укусить оборотень, чтобы вампир – вампир.

Соответственно вульфрикса должен обратить вампирооборотень, но в последнем случае человека могут обратить вампир и оборотень одновременно. Только в этом случае шанс выживания семь-восемь процентов, если не меньше.

– Почему?

– Потому что боль перерождения переходит все мыслимые границы и, даже если удаётся выжить, то потом вульфриксы очень слабы. Первую неделю даже двигаются с трудом, – пояснил я.

– Ответил на твои вопросы? – спросил я вампира, намереваясь закончить этот не слишком приятный разговор.

– Д-да, – ответил тот, пытаясь подавить зевок.

– Во всяком случае, тебе сейчас нужно отдыхать. Иди спать, а мне нужно уладить кое-какие дела.

Эмиль без возражений поднялся со стула и поплёлся к кровати, на которую рухнул и тут же вырубился.

«Завидую я ему! Мне бы сейчас так, но не время. Сначала дела».

* * *

Выйдя из номера, я запер за собой дверь.

Нужно навестить Никорна.