Сумеречные тени. Книга I

После минутного колебания кто-то приблизился вплотную и сел возле моего лица, окатив запахом тяжёлых духов.

– Как же отвратительно до тебя дотрагиваться после той твари, – расслышал я и, ощутив у себя на шее что-то влажное, провалился в темноту.

Когда я открыл глаза, то обнаружил, что лежу на кровати у себя в комнате. Попытавшись подняться, со стоном рухнул обратно. Тело сковала такая слабость, что малейшее движение причиняло боль. Вдруг дверь моей комнаты приоткрылась и внутрь просунула свой длинный нос Вторая.

– Очнулся-таки, – прошепелявила она и скрылась.

Через пару минут у моей кровати стояла вся престарелая троица.

– Как Вы могли так себя повести! – запричитала Вторая, не дав раскрыть мне рта, – в вашем-то возрасте!

– Да уж, молодёжь нынче совсем испорченная пошла, – сморщилась, как от вони, Третья.

– Напился в своё совершеннолетие, – грустно покачала головой Первая.

– Н-напился? – просипел я, непонимающе переводя взгляд с одной на другую.

– Да-да, а потом буянить начали, – энергично закачала своей дряхлой головой на длинной шее Вторая, – с гостями подрались!

– Я?.. – всё больше и больше теряясь, вопросил я.

– Как последний подзаборный пьяница, – зло плюнула Третья и посмотрела на меня так, будто я отнял у неё последнюю радость в жизни.

– А как же волк, подземелье?.. – пробормотал я.

– Какой волк?! Какое подземелье?! – гневно воскликнула Третья, – разбойник ты эдакий!

– Ну-ну, Рафи, – попыталась её утихомирить Вторая, – он ранен, не нужно его беспокоить.

– Ранен!!! – взревела Третья, – в следующий раз будет знать, как вызывать на дуэль тех, кому и в подмётки не годится!

«Ранен?»

Я посмотрел на своё плечо. Оно было аккуратно перевязано.

– Мы пойдём, а ты спи, – сказала Первая, уводя из комнаты Вторую и Третью, всё ещё брызжущую слюной.

– Ни в коем случае не снимай повязки. Доктор сказал, что раны глубокие, – бросила она, закрывая за собой дверь.

«Повязки?», – удивился я и хотел посмотреть, не на ноге ли вторая, но провалился в темноту.

Меня разбудил громкий шум, даже грохот. Кое-как сев на кровати, я едва удержался, чтобы не освободить желудок. Всё вокруг ходило ходуном и нездорово кружилось, но постепенно пришло в норму. Я поднялся и, опираясь на стену, вышел. Моя комната была на втором этаже, а гостиная овальной формы – на первом. Между ней и вторым этажом не было потолка.