Артефакт с темным прошлым

Происходило это в «крутяцком кабаке, типа блат-хаты». То, что его всей кодлой решили «обуть», Гришка понял сразу – он и сам был неплохим спецом по части подтасовок. Но его визави оказались настоящими асами по шулерской части. И когда стало ясно, что он рискует проиграться до полного банкротства, Кардан пустил в ход свой коронный карточный прием. И все вроде прошло как по маслу, но тут его оппоненты (еще то воронье!) просекли, что он их пролохотронил. Его проигрыш объявили не отыгранным, да еще и назначили, так сказать, штрафные санкции.

Кордобин теперь должен был вдвое больше проигранного. Под давлением «асов» ему пришлось с вмененным долгом согласиться. Но где взять бабок?

И вроде бы не так давно вариант погасить карточный долг у него появился. Какой? Это не важно. Главное, не выходящий за рамки УК РФ, век воли не видать. Но тут прямо к нему «на хазу» сегодня заявился старлей Мухосолов и начал прессовать, типа: что же ты, босяра, долги не гасишь, падло? И к тому же куды дел взятую в Кряжунове у археоочкариков рарюху? От такой борзоты Кардан, можно сказать, охренел.

Его тонкие, чувствительные душевные струны были оскорблены грубыми, нахрапистыми хапалками скурвившегося старлея. И он, не выдержав подобного оскорбления, можно сказать, в порыве праведного гнева, выхватил случайно оказавшуюся в кармане «пушку» (откуда она там взялась, он даже и не представляет!) и пару раз шмальнул в зарвавшегося беспредельщика. Причем, даже будучи на полном нервном взводе, Кардан стрелял не просто так, а точно и аккуратно, чтобы старлей прямо тут же не отправился в свой ментовской ад…

Выслушав его жаргонно-эмоциональное повествование, Гуров без тени улыбки, в чем-то даже сочувственно, уточнил:

– То есть Мухосолов даже не упомянул про убийство жителя Кряжунова Юрия Кисляева? Его больше интересовала «рарюха» – предмет, найденный археологами-палеонтологами? Хм-м-м…

– Чего-чего? Дядь Юру Кисляева убили? – с недоумением на лице уточнил Кордобин.

 – А-а-а… Кто и за что?

– Тебе, наверное, лучше знать! – не тая сарказма, обронил Стас. – Ты еще скажи, что об этом вообще ничего не знаешь и слышишь об этом впервые.

– Гадом буду – первый раз слышу! – с вполне искренним недоумением подтвердил Кардан и даже стукнул себя в грудь руками, скованными браслетами наручников. – Бли-и-и-н! Убили его, значит…

При этих его словах опера молча переглянулись.