Принцип домино. Покой

Правда или нет – доподлинно неизвестно, но Бун очень гордился этой частью его репутации. Гарсиа всегда удивлялся, как конченому наркоману Мак-Кинли удавалось улаживать спорные вопросы с конкурентами Ронье, ведь у того имелось только два состояния души: под дозой или думать о следующей. У O’Брайена роль парнишки на подхвате выходила намного хуже, чем у Мак-Кинли, но некомпетентность Бун с лихвой компенсировал раболепными ужимками перед Патрисией. «Где ж ты теперь, Эндрю», – подумал Гарсиа, вспоминая собранного молодого человека, стоявшего за спиной мадам, с его постоянной испаренной на лбу и судорогой ломки, и по совместительству одного из самых прибыльных и стабильных клиентов Фредерико.

– Мальчики, девочки… Все игрушки ломаются, и их приходится выбрасывать, – хмыкнула Патрисия: вот и ответ для Фредерико об участи Мак-Кинли. – Хотя ты прав, прежний был лучше… – Ронье придирчиво посмотрела в сторону Буна и вздохнула, отмахнувшись. – Эй, ребятки, сходите-ка на перекур, взрослым надо поговорить, – женщина хлопнула в ладоши и указала своим людям на выход.

Патрисия проводила их взглядом до хлипкой фанерной двери и дождалась, пока они с Гарсиа останутся одни, чтобы заговорить.

– Решил настучать Алу в надежде, что тебя помилуют в обмен на планы Хейза, Фредди? – Ронье встала за спиной Фредерико, положив руки ему на плечи и постепенно сжимая пальцы на кожаной куртке. – Поверь мне, мальчик мой, он раздавит тебя как букашку и даже не вспомнит твоего имени, – нагнувшись к уху Фреда, тихо прошипела она.

– Не много ли ты на себя берёшь, Ронье? – грубо оборвал ее Фред, сбросив руки Патрисии с плеч. – Ты заверила меня, что Хейз разберётся с Монстром, – Гарсиа неосознанно назвал Формана новым прозвищем. – От меня требовалось увести своих ребят и не вмешиваться. Я сделал, как мы договаривались. И что? Монстр жив, Романо в курсе, что мы подставили Формана, а комиссар готов взять нас всех за яйца. Мы в полной заднице, мадам, из которой, как ты помнишь, не так уж много ходов! – предъявил ей Фредерико.

Ронье только ухмылялась. С ее клиентской базой Патрисия не боялась ни черта, ни бога. Руки марать мадам не любила и всегда умело пользовалась чужими: могла договориться с нужными людьми или попросту надавить компроматом. Мадам никем не брезговала и частенько выбирала с кем и против кого дружить, как сейчас сотрудничала с Хейзом и Гарсиа против Монстра. Смени она приоритеты, и ее новым другом станет сам Монстр, когда это будет для нее выгоднее, что вряд ли.